Три выстрела ударили один за другим, почти без промежутка. Следопыт и его товарищи рухнули наземь с простреленными головами и затихли без криков и стонов.

«Вот теперь-то и начнется охота на старого волка!»

* * *"

"Воинство селения, которое вряд ли кому пришло бы в голову величать красивым древним словом «гарнизон», выстроилось на площади — той самой, на которой еще совсем недавно староста встречал дочь и ее мужчину. Пять с небольшим десятков селян с карабинами и автоматами за спиной, в руках у каждого вилы, топоры или большие тесаки для рубки мяса.

Староста покосился на диковинное чешуйчатое существо, шедшее в сопровождении пары чужаков. Те были молоды, на вид сильны, однако один из них был не вооружен, если не считать обычного ножа на поясе. Другой же, хоть и имел автомат, но держал его, как дубину, будто и вовсе не знал, для чего тот предназначен. Староста с тоской поглядел на обещанное подкрепление.

«От них немного толку — впрочем, сам виноват. Те, кто мог сражаться, полегли там, внизу, подобранные у подножия изранены и вряд ли смогут продолжать бой. Конечно, вместе с ними удалось прихватить несколько автоматов и патроны, но и все. Селение обложено врагом. Те, что нынче засели у ручья, умеют воевать лучше, чем его необученные селяне».

Отец Лил разглядывал странную троицу. Извиняться за «дружественный огонь» было глупо, да и ни к чему. Эти-то, должно быть, отсиживались в кустах, не вступая в схватку, что ж перед ними-то извиняться? Он еще раз хмуро поглядел на спасшихся, пытаясь определить, кто из них старший.

«Кажется, тот, что держит автомат за ствол. Он крепче своего приятеля, хотя говорящее чудище, конечно, пострашнее их обоих».

— Я возьму оружие и патроны, — чуть сконфуженно, однако решительно объявил глава селения.

— Те, что подобрали внизу? — уточнил Марат.

— И ваши тоже. Оставлю только ножи. Впрочем, ты, — он ткнул в грудь Тимура, — если знаешь, как с этим управляться, можешь встать на стены вместе с нами.

— Отряд еще не разбит, — покачал головой караванщик, — а если так, у меня есть свой командир, и я выполняю только его приказы.

— Что?! — нахмурился староста, делая шаг к спорщику.

Автомат, еще мгновение назад выглядевший бесформенной дубиной, как-то очень быстро извернулся в руках чужака, приняв боевое положение.

— Повторяю, — очень медленно и внятно произнес тот. — У меня свой командир, — он указал на драконида, — и я выполняю только его приказы.

Марат внутренне просиял от неожиданного проявления преданности.

— Прошу извинить, почтеннейший староста, но мой соратник говорит правду, — поклонившись, вмешался сказитель. — Тот, кого вы, по вполне простительному неведению, почитаете диким зверем, на деле один из лучших военачальников Трактира.