– Ну-ка, покажи, каким образом ты туда влезть умудрилась? Это нереально!

– Запросто! – азартно воскликнула Варя и вмиг влезла в буфет.

Младший брат хозяина молчал.

– Какая вы гибкая, – восхитилась Полина, – прямо вчетверо сложились!

– Продолжит чужой шоколад жрать и скоро в дверь не пройдет, – пришел в себя Виктор. – ладно, эта змея сумела вползти в буфет. Но! Как она дверцы закрыла? И главное! Разве можно с захлопнутыми створками видеть, что происходит в комнате?

В ту же секунду Варя ловко затворила дверцы и крикнула:

– Смотрите, где мои пальцы?

– О-о-о! – протянула Полина. – В панелях-то сердечки вырезаны! Сейчас девушка через них почти всю ладонь наружу высунула. Она говорит правду!

– Да! – закричала из буфета Варя. – Виктор бешеным стал, схватил дозатор, давай на Инессу пшикать. Та сначала заорала, но сразу замолчала.

– И понятно почему, – протянул Константин, – дезинфекция ей вмиг все, на что попала, сожгла. Болевой шок у бедняги случился, сознание она потеряла.

Варя вылезла наружу.

– Она упала! Головой вон о ту фигню стукнулась.

Я посмотрел на бронзовую фигуру кролика, на которую показывала пальцем горничная.

– Работа известного скульптора, – зачем-то пояснил Константин, – купил на аукционе.

– Теперь понятно, как она шею сломала, – вздохнул Леонид.

– Виктор убежал, – тараторила Варя, – я так перепугалась! И тоже удрала!

– Пакостная тварь, – завизжала Нина Леонидовна, – мерзавка! Из-за тебя экономка умерла! Сдайте эту сволочь в полицию! Судить ее надо!

– Во здорово! – попятилась Варя. – Я-то тут при чем?

– Увидела, что Инесса упала, шум не подняла, никого не позвала! – заорала Нина Леонидовна.

– Своему сыночку это скажи, старая жаба, – пошла в разнос Варя, – он первый ушлепал! Кто Инеску убил? Уж точно не я!

Виктор стал медленно подбираться к двери, но Константин встал, повернул торчавший из скважины ключ, положил его в карман и обратился к Нине Леонидовне:

– Мама! Скажи Варваре спасибо. Девушка стала свидетельницей преступления, но держала язык за зубами. Она, с одной стороны, понимала, что ей не поверят, но с другой – не хотела выдавать Витю. Ведь так?

Прислуга молча кивнула.

– Подними горничная тогда шум, сидеть бы сейчас Виктору в камере, – продолжал владелец усадьбы. – Я отблагодарю служанку за ум.

– Да, Кусик, правильное решение, – одобрила Полина, – верность нужно ценить."

"– Умираю со смеху, – влез в разговор Виктор, который, похоже, обладал неисчерпаемым запасом нахальства. – верность! Ум! «Не хотела выдавать». Ржачка в тени кустов! Девка – воровка! Тырила шоколадки, жрала чужое! Да она просто от страха обосралась, что ее на месте преступления застанут, вон выпрут, характеристику не дадут. Поэтому рот закрыла. Шваль!

– Какого грызуна испугалась Инесса? – поинтересовался я.