– То-то Аэлла радовалась, небось ребятам вовсю заливала, что это она ее извела на корню. А те и верили.

Родислав отдал Любе пустую чашку, боль действительно стала понемногу утихать, то ли от чая, то ли оттого, что больше не было поводов нервничать: свадьба позади, а Люба ясно дала понять, что на близости настаивать не собирается. Она же обещала его убаюкать…

Он так и уснул, полусидя, держа жену за руку.

Проснулся Родислав посреди ночи, понял, что ему неудобно, стал укладываться пониже и обнаружил у себя под спиной обе подушки, а рядом увидел спящую поверх одеяла и без подушки Любу, укрытую тонким халатиком.

На него накатили нежность и умиление: какая она все-таки… Самая добрая, самая ласковая, самая понимающая. Самая-самая лучшая.

* * *– А дальше там все очень обыкновенно, – доложил Ворон, вернувшись из очередного путешествия. – Через какое-то время Люба забеременела, а в мае 1965 года умерла Анна Серафимовна, буквально две недели до правнука не дожила. Люба на похоронах с большим животом была, уж она так переживала, так убивалась по бабушке, что я даже испугался: не родила бы прямо там, на кладбище.

Но ничего, обошлось. Через две недели, в самом конце мая, родился мальчик, назвали Николаем, в честь деда. Люба взяла академический отпуск на год, сидела с ребенком, потом его отдали в ясли, и она вернулась в институт. Так и учится там. Ну что тебе еще рассказать?

– Ты про квартиру, про квартиру-то скажи! Получили они квартиру?

– А как же! Как и планировали, Люба как раз только-только забеременела – и Головину дали две квартиры, для его семьи и для Любиной, Родика-то они успели к себе в барак прописать, так что все чин по чину.

Правда, молодым однокомнатную выделили, у Любы тогда еще справки о беременности не было, но тут Клара Степановна проявила широту натуры. Зачем ей одной, дескать, четырехкомнатные хоромы, но и уступить их сыну, а самой жить в одной комнате она тоже не хотела, привыкла к просторам-то, вот она и предложила обмен: ее квартиру и Любину обменять на трехкомнатную для молодых и двухкомнатную для себя. Это всех устроило. Пока обмен искали, пока документы оформляли, пока переезжали – Люба уж на сносях. А тут еще Бабаня померла. Еле-еле бедная девка успела сессию досрочно сдать – и в роддом отправилась.

– Ты мне про сынка расскажи, про мальчика, – попросил Камень. – Каким он получился?

– Да кто ж его знает, каким он получился от рождения, – философски заметил Ворон. – Важно, каким он получился в результате воспитания. А с воспитанием там – полный швах! Отец в университете образование получает, мать сидит дома с ребенком, ей обе бабки помогают по мере сил, поскольку сами-то пока работают, им до пенсии еще – глаза выпучишь.