Выход был один, надо попытаться покинуть систему и попасть к людям. В моей голове созрел дикий, сейчас то я это понимаю, план. На штурмовом шатле добраться до кладбища кораблей, восстановить один из них и лететь в человеческие системы. Со всей своей настойчивостью за занялся претворением этого, бредового, плана в жизнь. Для начала надо было поднять все доступные мне технические и инженерные Базы до максимально доступного уровня, вместе с ними требовали изучения еще десятки Баз по пилотированию, навигации, обслуживанию, управлению, защитным и наступательным системам корабля, реакторам и двигателям, дроидам и техническим комплексам. В общем вырисовывалась картина на еще не один год обучения. Сейчас-то я понимаю, что в тот момент я уже находился в состоянии помрачнения, но я-то считал, что я только-только начал погружаться в это состояние. А в Содружестве шел восьмой год войны с арахнидами. Восьмой и последний. К ее окончанию у меня было более пятидесяти изученных и освоенных Баз, причем ни одна из них не была ниже шестого ранга, а большая часть и превышала его. Но вот мой разум уже почти покинул мою бедную голову, постепенно я начал превращаться в своеобразный биологический ИскИн с самосознанием и, уже увы, ущербной личностью. Как-бы это не звучало глупо, но меня спасло объявление мира между Содружеством и архами. Как только ситуация нормализовалась в систему вошел крейсер моего нанимателя, Астрамаэля.

13 глава."

"Я сидел в глубоком и до сумасшедшего удобном кресле, напротив меня, в таком-же кресле расположился аграф. Прошедшие годы оставили на его лице свой отпечаток, война никого не щадит. Не знаю сколько ему уже лет, но эти чуть больше чем девять лет взяли с него не маленькую дань. И стоит благодарить всех богов вселенной, что у меня в период помешательства, не разыгралась паранойя, иначе мне точно пришел бы конец. Крейсер теперь уже моего друга, воспринимать иначе я его уже не мог, долетел до базы только на честном слове. Находясь во Фронтире, во время начала боевых действий, аграф был вынужден принять в них самое активное участие, мелкие стычки чередовались с крупными сражениями, засады с бегством или преследованием. Эскадра эльфа постепенно таяла, пока не остался только его родной крейсер, но и тот уже не представлял для архов никакой опасности. Однако врожденное высокомерие, а главное понятия о чести и долге не позволяли оставаться в стороне от войны, поэтому он еще почти год, на одном единственном крейсере продолжал сражаться, пока наконец не было объявлено о мире и война не закончилась. Как обычно архи отхватили от Содружества десяток систем и успокоились. Только тогда Астрамаэль, наконец смог вернуться на старую базу, где оставил глупого землянина.