Ей очень не хотелось признаваться, но, коль скоро это все равно неизбежно…

— Ответственность за решение вопроса взял на себя Волконский…

ПИ-И-И-И-ИК!

Диагност взбесился столь резко, что медсестричка подскочила с места. Но была остановлена повелительным жестом руки.

— Ты… понимаешь, что будешь должна ему? — негромко спросил Юрий Николаевич. — А ведь он может даже не пробовать…

— Ну что ты такое говоришь, Юрий Николаевич? — наполнил палату новый голос. — Смотри, кого я тебе привез!

За всей какофонией звуков никто не услышал, как дверь скользнула в сторону. На пороге стоял и чуть устало улыбался слегка растрепанный (!) Волконский, выряженный в темную футболку явно с чужого плеча.

— Здравствуй, дед, — шагнул из-за спины «небожителя» уже умытый, но все еще весьма «колоритный» Алексей, и уважительно поклонился.

Не составляло особенного труда догадаться, ЧТО могло стать причиной такого внешнего вида.

— Лешка… — Инна невольно встала с кровати и сделала пару шагов в сторону двоюродного брата.

Юрий Николаевич же чуть выше приподнялся на своем ложе.

Медсестра едва слышно выругалась.

Диагност смолчал.

— Я в порядке, — заверил молодой человек.

— Девушка!

В воцарившейся тишине голос клановца прозвучал громом среди ясного неба. Обладательница загорелых ножек и голубого халатика невольно вздрогнула. Обращались явно к ней.

— А давайте сходим кофе попить! Я угощаю!

Естественно, завуалированное предложение оставить «воссоединившееся семейство» наедине, все поняли правильно.

— А вы вообще кто? — начала приходить в себя медсестра.

— О, простите, — сокрушенно выдохнул парень, сетуя на свою невежливость. — Волконский. Павел Анатольевич. К вашим услугам…

Отказа «небожитель» не встретил.

Глава 9

Глава 9

Побили.

Горшки.

Но не лица.

Уже хорошо.

Переговоры затянулись настолько, что персонал императорского госпиталя пообещал едва ли не жалобу на имя самодержца накатать. А медсестричка из чуть скованной, но приятной собеседницы превратилась в фурию, способную грудью (неплохой троечкой!) встать на защиту покоя пациента. Желает он того или нет!

— Хо-ро-шо! — попытался потянуться Павел и… не смог.

Несколько секунд Волконский соображал, что именно ему мешает.

— Хо-ро-шо, — протянул он озадаченно уже через четверть минуты.

По левой руке струилась волнистая вьющаяся каштановая река, а по правой расплескались белокурые локоны.

Молодой человек попытался высвободиться из «плена», но цепкие пальчики тут же вцепились в него. С обеих сторон.

— Хо-ро-шо… — протянул парень обреченно, смирившись с тем, что в скором времени он постель не покинет."

"Зато вывернув шею, Волконский смог посмотреть под сползшее с секретаря одеяло.