План, который родился у меня в голове — связаться с ЧВК — казался безумной авантюрой.

Кто они? Помогут ли они? А Корней? Позвонить ему? Нет. «Мы узнаем». Я верил им. Позвонить в полицию было равносильно тому, чтобы подписать Лизе смертный приговор. Я был в ловушке.

— Громов, на тебе лица нет, — тихо сказала Лидия, откладывая вилку.

— Я то же самое сказала! — тут же поддержала ее Алиса, ее голос был полон неподдельной тревоги. — А он меня проигнорировал!

Я медленно выдохнул, переводя взгляд с одной на другую. Они смотрели на меня — уже не с ненавистью, не с подозрением, а с беспокойством.

В этот момент они были не врагами, не случайными спутницами, а единственными людьми в этом чужом мире, кто был посвящен в мою тайну.

И, наверное, единственными людьми, с которыми я могу все обсудить. Иронично, что отчасти так было потому, что им некуда было деваться.

Я откашлялся, чтобы прочистить горло, и отпил воды из стакана.

— Лизу похитили.

В повисшей тишине звук упавшей на тарелку вилки Лидии прозвучал, как выстрел.

— Как⁈ — прошептала Алиса, ее глаза округлились от ужаса.

— Кто⁈ — тут же резче спросила Лидия.

— Я не знаю, — ответил я, глядя в свою тарелку с едой.

— Ты разыгрываешь нас, Громов! — в голосе Лидии послышался упрек, словно она не верила в то что я сказал. Или не хотела верить. Я ее не осуждал. Старый Громов причинил ей слишком много боли, и такая реакция была закономерной.

— Да, точно, — подхватила Алиса. — Это какая-то твоя очередная дурацкая шутка!

Я медленно поднял на них глаза. Вся моя выдержка, все самообладание, которое я так старательно копил, дало трещину.

— Вы хотите сказать, что по моему лицу видно, что мне оху… весело?

— Фу, можно было бы и не ругаться, — скривилась Алиса, инстинктивно съежившись от грубого слова.

Лидия проигнорировала это. Она подалась вперед, впиваясь в меня взглядом.

— Так ты серьезно? — уточнила она, и в ее голосе уже не было недоверия, а наоборот — шок. — Ты сейчас совершенно максимально серьезно?

— Серьезнее уже некуда, — ответил я. — Лизавету похитили и собираются убить, если я не приеду. Завтра в двадцать два ноль-ноль.

Я посмотрел на них, давая этой информации дойти до них

— Они сказали мне приехать одному, но вы понимаете, что это невозможно. Придется выкручиваться.

— Этого не может быть! — воскликнула Алиса, вскакивая со стула. — Это просто невозможно! Мы живем в двадцать первом веке! Какие похищения!

— Самые обычные, — ровным холодным голосом ответила ей Лидия. — В первый раз, что ли? Помнишь, как три года назад Сергей Воронцов пропал? Финансовый директор судоходной компании. Я уверена, что не просто так.

— Да не пропал он, а уехал в столицу! — возразила Алиса. — Все газеты писали!

Вот они — два лагеря. Мысль пронзила мой мозг с удивительно ясной четкостью.