«Ну и как этому твердолобому объяснить, что подобных сенсаций я попросту не переживу!» — мелькнула молниеносная мысль.

— Канцелярия — вовсе не та организация, чьи решения стоит предавать огласке без ее на то разрешения, — мягко и где-то даже по слогам — как частенько говорят добрые и понимающие психиатры со своими пациентами — попыталась достучаться до сознания клановца девушка. — И, тем более, когда речь идет о личном аппарате императора.

Павел слушал внимательно. Местами даже кивал. Однако стоило только девушке закончить мысль, как тут же спросил:

— Где и когда сможешь вот это опубликовать?

— Ты меня совсем не слушаешь⁈ — взвизгнула Мышкина в отчаянии.

— Аккуратнее, бродяга! — бросил шагающий мимо работяга с усталой усмешкой. — А то ведь кто другой «слушать» будет!

Саша вновь зажмурилась. Этого же не может быть, чтобы прохожий советы Волконскому запросто раздавал!

— Учту! — вернул в реальность журналистку насмешливый ответ клановца. — Спасибо!

Несколько секунд молодые люди смотрели друг на друга.

— Итак, как я сказал, — продолжил Павел. — Ты это опубликуешь. Осталось решить в каком виде и где. Как можешь заметить, часть формулировок обведены красным маркером.

Их менять категорически запрещено! Остальное на твое усмотрение.

«На хер!» — решила мысленно милая воспитанная девушка, вновь закрывая глаза. Ей так хотелось верить, что этот нехитрый способ позволит избавиться от собеседника.

— Слушай, мышка-нарушка, — чуть укоризненно покачал головой молодой человек, вновь вернула Мышкину в жестокую реальность. — Кое-кто совсем недавно заявил, что готов на все.

— Может, все-таки оргия? — с надеждой в голосе протянула журналистка.

Волконский не отказал себе в удовольствии окинуть взглядом фигурку девушки.

Однако от «сделки» отказался:

— Даже знать не хочу, что именно ты имеешь в виду под этим определением, — констатировал он, на секунду задумавшись, однако тут же встрепенулся. — Так к делам нашим скорбным. Ты. Это. Сделаешь.

Мышкиной было страшно. Очень.

— Можешь успокоиться, выбора у тебя все равно нет, — как само собой разумеющееся констатировал клановец.

— Успокоил…

— Я рад, — предпочел не заметить сарказма собеседник. — Так вот, спешу напомнить, что Воробейчик уже настолько заигралась, что ее найдут.

И призовут к ответу. Это не обсуждается. Вопрос времени. И одно дело, когда под маской Рины вскроется всего лишь некая Саша Мышкина, и совсем другое, если это окажется человек Волконских, да еще и со связями в канцелярии.

— И как же они поймут, что у меня связи в канцелярии? — фыркнула скандальная журналистка, лишь бы хоть что-то сказать.

— Очень просто, — пожал плечами равнодушно парень. — Ты эту статью переживешь. И те площадки, на которых ты ее опубликуешь, не вспыхнут в ночи.