Поэтому, окажись я на твоем месте, то сначала разобралась с собственной «женой», затем с Паутовыми, а уж потом решиала бы «как жить дальше»…

Секунду Катерина серьезно вглядывалась в господина, после чего куда веселее добавила:

— И вообще, что за желание сунуться в схему, которая и так прекрасно работает⁈ Не мешай «взрослым тетям»…

На этом моменте клановец искренне рассмеялся, чувствуя, как спадает напряжение. Да и собеседница широко улыбалась, явно давая понять, что не стоит воспринимать ее слова СЛИШКОМ УЖ всерьез.

— … Мы и сами прекрасно договоримся. Все-таки «домашний очаг» издревле считался вотчиной девушек. Так что иди добывай мамонта и спасай нас от саблезубого тигра. А уж мы позаботимся, чтобы в мире было место, куда тебе приятно будет возвращаться.

Под конец Волконский хохотал уже в голос. Мир снова стал непростым, но хотя бы понятным.

Бз-з-з-з!

— Слушаю, — ответил на вызов молодой человек.

— Мы готовы, — сообщил динамик голосом Влада.

— Старт через полчаса.

— Скоро буду, — ответил Волконский и дал отбой.

Катерина вновь подняла взгляд:

— Пора? — поинтересовалась она.

— Через десять минут вылет.

— Ну, «поцелуй на дорожку» у тебя уже был, — усмехнулась секретарь. — И, похоже, не один. Попробую побыть чуть оригинальнее. Контейнеры с завтраком на столе. Перекусишь в дороге.

И все же блондиночка соврала. Наудачу перед выездом она сюзерена все же поцеловала.

* * *"

"Виктория Юсупова много раз представляла, как именно ее будут спасать из нынешнего «узилища». Отчего-то на ум приходил штурм гвардейцами клана резиденции дядьки, проникновение на территорию дома каких-нибудь суперспецов «тихой работы» и даже образ отца, распахивающего двери с ноги…

И пора была бы спасителям поторопиться. До заседания Управления оставалось всего несколько дней!

Бум, бум, бум!

Тяжелые, но явно торопливые удары в дверь заставили девушку, уже готовящуюся ко сну, встрепенуться.

— Слушаю! — бросила она.

Однако вопреки обыкновению, дежурный боец дядьки не стал дожидаться прямого разрешения, самым наглым образом ворвавшись в выделенную девушке спальню.

— Вы в своем уме⁈ — с холодным презрением бросила обитательница покоев «гостю».

Находиться в одной легкой ночной рубашке перед незнакомым мужиком ей не нравилось абсолютно.

— Прошу простить, Виктория Львовна, — торопливо кивнул гвардеец. — Ваш ждут внизу.

— Я спущусь через полчаса, — вскинула подбородок «уралочка».

Ей же нужно переодеться, привести в порядок волосы, да и…

— Сейчас же! — лязгнул металлом едва ли не сорвавшийся голос бойца.

Вика же девушкой была вполне умной. И даже умела неплохо различать ситуации, когда можно явить миру «внутреннюю принцессу», а когда стоит пристегнуть одну губу к другой и подчиниться.