— Это как Страна мертвых у греков, — вспомнила Пайпер. — Она тоже лежала на западе. И Орфей — он пытался вернуть свою жену.

Отец кивнул. Год назад он получил самую крупную свою роль — древнегреческого царя. Пайпер помогала ему разбираться с мифами — читала все эти истории о том, как люди превращались в камни и варились в озерах лавы. Они с удовольствием читали это вместе, и тогда жизнь не казалась Пайпер такой уж мрачной. На какое-то время она сблизилась с отцом, но, как и все остальное, это продолжалось недолго.

— Между греками и чероки много общего, — согласился отец. — Интересно, что бы сказал твой дед, увидев нас теперь на самой западной оконечности земли. Он бы, наверное, решил, что мы призраки.

— Ты хочешь сказать, что веришь в эти истории? Ты думаешь, что мама умерла?

Глаза у него увлажнились, и Пайпер увидела в них печаль. Она поняла, что именно это и притягивает к нему женщин. Внешне он казался сильным и уверенным, но в его глазах было столько печали… Женщины хотели узнать почему. Они хотели утешить его, но никому из них это не удавалось. Отец сказал Пайпер, что это национальная черта чероки — у них у всех, за многие поколения боли и страдания, накопилась эта темнота внутри. Но Пайпер думала, что дело не только в этом.

— Я не верю в эти истории, — сказал отец. — Их любопытно слушать, но если бы я и в самом деле верил в Страну призраков, или в духов животных, или в греческих богов… то, думаю, я бы не спал ночами. Я бы все время искал, на кого возложить вину.

«Возложить вину за то, что дедушка Том умер от рака, — подумала Пайпер, — когда отец еще не стал знаменитостью и у него не было денег, чтобы помочь старику. За то, что мама — единственная женщина, которую он любил, — ушла от него, даже не оставив прощальной записки, бросила с новорожденной девочкой, заботиться о которой он был не готов. За то, что он добился славы, но не счастья»."

"— Я не знаю, жива она или нет, — продолжал он. — Но я думаю, что она вполне может находиться в Стране призраков. Ее не вернуть. Если бы я считал иначе… то, думаю, не смог бы это вынести.

За их спинами щелкнула открывающаяся дверь автомобиля. Пайпер повернулась — и сердце у нее упало. К ним шла Джейн в деловом костюме, погружаясь в песок своими высокими каблуками. В руке она держала карманный персональный компьютер. Выражение лица у нее было отчасти раздраженное, отчасти торжествующее, и Пайпер сразу поняла, что она разговаривала с полицией.

«Хочу, чтоб она споткнулась и упала. Пожалуйста! — взмолилась Пайпер. — Если существуют какие-нибудь духи животных или греческие боги, которые могут помочь, то пусть Джейн хватит солнечный удар. Нет, ничего серьезного, пусть бы она только вырубилась до конца дня».

Но Джейн неумолимо приближалась.