Если со всеми делиться, считай, зря ехали в тмутаракань.

– Думай, Сергей. Думай, как совладать. Сроку даю сутки, завтра военный совет.

– И поход за динамитом.

– И поход за динамитом. А сейчас я слышу звонок в дверь, это Рыбушкин. Нам с ним в горы идти, придется договариваться.

Хозяин впустил гостя сам, отослав Ольгу Дмитриевну в комнаты. Уселись все трое в гостиной. На столе уже было расставлено угощение. Телохранитель «иван иваныча» держался естественно и сразу понравился Лыкову. Ростом с сыщика, такой же широкоплечий, загорелый, с острым лицом, серыми проницательными глазами.

Каштановые волосы действительно завивались в густые кудри, а мефистофелевская бородка делали бандита даже симпатичным. Он позволил себя рассмотреть, не смущаясь.

Сергей заговорил первым:

– Интересная картина. Беглый в розыске, по которому скучает каталажка. Вся полиция империи тебя разыскивает. А ты сидишь в центре столицы, в квартире лучшего сыщика Департамента полиции, и сейчас мы раздробим с тобой бутылку. Хотя по закону должны арестовать.

– Да, забавно, – не стал спорить гость. – Про тебя, Сергей Манолович, я слышал в той самой каталажке… покуда не сбежал из нее… что ты парень бойкий и ловкий.

И с взрывчаткой в ладах.

– А про Алексея Николаевича что слышал?

– Да побольше, чем про тебя. Популярная личность твой начальник. В тюрьме делать нечего, скука, вот шпанка и трындит с утра до вечера. Нет-нет да вспомнят Лыкова.

– Добрым словом или как? – усмехнулся статский советник, разливая горькую английскую по рюмкам. – Закуски берите сами, кухарку я отослал. Ну, по первой за знакомство?

Рыбушкин выпил с достоинством, закусил крохотным каперсом и ответил:"

"– Да по-разному, Алексей Николаевич.

Вы же ребятишкам жизнь поломали, в романов городок[31] упекли. Многие хотели бы отомстить. Но общий тон разговоров такой, что фараон Лыков из полицейской массы наиболее порядочный. Не мстит. Даже если ему, к примеру, при сопротивлении дали хорошей сдачи. Не бьет. Может, конечно, отвесить леща, но чтобы пытать в застенках, как тот же Грегус в Риге, – не замечен. Правда, шлейф за вами тянется, говорят, что смолоду. Убиваете вы иногда фартовых. По своей воле.

Бандит говорил спокойно острые вещи прямо с первых же минут знакомства.

Будто хотел поссориться или встать в позу равного. Но Алексей Николаевич разглядел за этим другое: независимый характер. И ответил как равному:

– Петр Автономович, нам с тобой идти на край света. Там пулемет и ручные бомбы, два десятка отчаянных людей, а вожак их черту племянник. Вот его я бы до суда не довез, отвечая на твой вопрос. Но, конечно, я тебе этого не говорил.

– Понятно. А меня довезли бы? Я ведь тоже измазан в юшке по самую маковку.

Лыков налил по второй, все выпили.