– Константин Сенин мог знать шофера бензовоза?

– Уверена в этом, – кивнула я.

Кузя кашлянул.

– Владимиров долгое время работал водителем грузовичка, который был прикреплен к рынку, нигде не указано, что он возил директора. Получал скромную зарплату. После смерти хозяина привоза Геннадий Михайлович уволился, спустя некоторое время сел на бензовоз. Претензий к нему ни на одной службе не было. Москвич. Женат. Супруга Анна Сергеевна швея. Сын Евгений сейчас проживает в США, город Сен-Малиано. Больше о парне ничего не известно, но Сен-Малиано американская глубинка, крохотное поселение.

Племянника Николая, который умер, Геннадий воспитывал как сына, его вдова работает администратором в ателье у Анны.

– Пока все, что сообщила тебе Галина, выглядит правдой, – сказал Сеня.

– Сенин Михаил Константинович, – продолжал Кузя, – директор рынка. Всю жизнь проработал на одном месте, пришел на должность грузчика, быстро поднялся. Его брат Петр Константинович – инвалид, нерабочая группа, получал пенсию, имел сына Константина. Петр умер, когда Костя был совсем юный, девяти лет. Его жена скончалась через год.

Михаил воспитал племянника. Костя стал спортсменом. Так! А это кто? Интересный зигзаг.

– Что там? – поинтересовался полковник.

Кузя посмотрел на нас.

– У жены Петра, матери Кости, была сестра намного ее младше. Угадайте, как ее зовут?

– Непосильная задача, – сказала я.

– Подсказываю, отчество Ивановна, – решил до конца хранить интригу Кузя.

– Имя! – потребовал полковник.

– Татьяна Ивановна, – отрапортовал компьютерный гений.

– Ничего интересного, – удивился Собачкин, – у массы женщин такое имя в паспорте.

– Горелова, – сорвалось с моего языка, – вот почему Кузя хотел, чтобы мы угадали.

– Жена Кирилла Петровича, – пробормотал Сеня, – мать убитой девочки Вари.

– Не биологическая, – остановил Собачкина Кузя, глядя в экран ноутбука. – У четы Гореловых родных детей не было, они брали под опеку девочек из Средней Азии.

– Почему оттуда? – изумился Дегтярев.

– Не знаю, – честно ответил повелитель клавиатуры, – могу лишь предположить.

– И я на это способен, – ожил Сеня, – среднеазиатские семьи многодетные. Но там ценятся мальчики. Девочка вырастет и уйдет в дом к мужу.

Зря только деньги на ее прокорм тратили.

– Да еще ее одевать-обувать-учить надо, – добавила я.

– Вот с образованием ты маху дала, – возразил Семен, – правда, сейчас в крупных городах в интеллигентных семьях малышку, естественно, отдадут в школу, и в институт она пойдет. Но в глубинке, в сельских районах, до сих пор главной женской удачей считается выгодно выйти замуж, попасть в обеспеченную семью, родить много детей, заручиться поддержкой свекра и свекрови, стать их любимой дочерью.