Нет, ее поступки и поведение это не оправдывает, но хотя бы стало понятно, почему она такая какая есть.

Тяжело вздохнув, я отвернулась к окну. Ссориться или ругаться мне сейчас не хотелось. Да и Каторо велел поменьше нервничать. А еще он советовал лежать. Вытянуться в полный рост на диванчиках в мотусе не получится, но вот прилечь согнув ноги в коленях вполне. Что я и сделала. Неизвестно сколько продлится эта поездка, а я же еще от прошлой не отошла. Поэтому не стоит усугублять свое состоянием. Все же я не хотела сорвать беременность и потерять малыша.

— Думаешь ему или ей стоит рождаться? Если родится девочка, ее будут использовать как подстилку для того кто больше заплатит, а если мальчик, то станет он мясом для арены. Так что все равно долго не протянет. И поверь мне, несмотря на красивые речи в суде и возмущения по поводу твоего возраста, ждать когда детям исполнится десять столетий никто не будет.

По-видимому, Айлише хотелось выговориться. Мы больше не были соперницами и претворятся перед друг другом стоя из себя принцессу уже не надо.

— Думаешь, мне стоит смириться?

Девушка печально хмыкнув, отвернулась к затемненному окну. Несмотря на то, что мы с ней могли легко рассмотреть мимо проносящиеся дома и людей, никто снаружи не мог увидеть кто именно находится внутри мотуса.

— Если смириться, то жить будет проще. А еще, покорных меньше наказывают. Или не так больно.

— С личного опыта знаешь? — задавая вопрос, я внимательно следила за Айлише. На секунду уголок ее губ дернулся, а руки сжались в кулаки. Я все ждала, что же она ответит. Но молодая женщина молчала, проигнорировав мой вопрос. Или посчитав его риторическим.

— Почему ты не сбежала? Почему разрешаешь так поступать с собой? По законам вашего мира, ты же освободилась от обязательств перед семьей, как только твой отец заключил договор с Арканой.

Вместо ответа Айлише начала громко смеяться. Вскоре ее смех перешел в истерику. Господи, что же ей пришлось пережить, чтобы так реагировать на разговоры об отце, семье и свободе? От мыслей куда я вляпалась и что мне, возможно, не удастся из всего этого выкрутиться, стало нехорошо, а во рту пересохло.

Поднявшись, я пересела к Айлише, обняв ее. Сначала она замерла, а потом разревелась взахлеб. Она ни на что не жаловалась, просто плакала навзрыд, а я гладила ее то по голове, то по спине нашептывая слова успокоения, обещая что все будет хорошо. Что или Олдер, или Аркана нас найдут и спасут.

Спустя какое-то время молодая женщина успокоилась и положив голову мне на колени, уснула. Я же, опустив руку на ее вздрагивающее во сне плечо, стала раздумывать, что мне делать дальше. Мы уже давно покинули город и мотус мчался по дороге с огромной скоростью, не позволяющей выпрыгнуть из него на ходу.