Ты не подумай, что я говорю о смерти, нет… На свете есть много других вещей, которые могут разлучить людей.

— Нет ничего, что может нас разлучить, кроме смерти. Я умирать не собираюсь в ближайшую тысячу лет, и тебе не разрешу, — он засмеялся. — Так что тебе не о чем беспокоиться. Я тебя люблю. И я никогда тебя не оставлю. И ты меня не оставишь, я не позволю. Так что ты обречена быть со мной, и только со мной, успокойся, если ты именно этого и хочешь.

— Да, только этого. Джек… а тебе ни разу не хотелось завязать отношения с другой женщиной… ну, или просто переспать?

Он взял ее за подбородок и поднял к себе хорошенькое личико.

В глазах его заискрилось веселое удивление.

— Это еще что за мысли там у тебя в головке копошатся? Я что, сделал что-то не так, если у тебя возникают такие вопросы? Или, может быть, тебе их кто-то вбивает в голову, а? Ну-ка, признавайся.

— Но ведь многие мужчины так делают. Например, Рэй…

— Рэй? Любовь моя, я не Рэй! — обиделся он. — Говорю, я тебя люблю, и ты единственная женщина, которая мне нужна. Ты устраиваешь меня по всем параметрам. И в постели тоже. Так что хватит заниматься всякой ерундой и тратить время на бессмысленную ревность… — он наклонился, чтобы поцеловать ее, но вдруг нахмурился.

 — Кстати, о ревности. По-моему, у меня поводов ревновать больше, чем у тебя. У меня нет непримиримых поклонниц, мечтающих затащить меня в постель, а у тебя такой поклонник есть. И он меня начинает раздражать. Но это не все. Как насчет того, что за тобой постоянно волокутся мужчины, стоит тебе выйти из дома одной? Тебе все это нравится, а, честно? Неужели ни разу не хотелось завязать отношения с каким-нибудь симпатичным парнем… или просто переспать?

Кэрол засмеялась.

— Представь себе, ни разу не хотелось!

— А почему? Неужели не попадались такие, которые в состоянии соблазнить женщину?

— Ну, почему же… попадались привлекательные мужчины. Но все равно не хотелось.

— Почему? — настойчиво повторил он.

— Потому что у меня есть ты. И ты лучше всех. Я тебя люблю, и влечет меня только к тебе. Даже до того, как мы поженились… мне не хотелось, чтобы ко мне прикасался кто-нибудь другой. Я мечтала о тебе. Наверное, ты меня приворожил, признавайся?

— Конечно, приворожил, но только потому, что ты до этого приворожила меня.

И я еще никогда так долго не желал женщину, так долго не ждал… как мне пришлось ждать, когда ты станешь моей."

"Словно вспомнив о томлении, так мучавшем его в то время, о своей ревности, когда она принадлежала другому, о том, что вынужден был сдерживать свой порыв, свои желания, не смея к ней прикасаться, он стал с жаром ее целовать, лаская стройное нежное тело, как будто все еще хотел компенсировать свое воздержание в ту пору…

Его страсть успокоила растревоженное сердце Кэрол.