В какой-то мере в ней играет детская обида на отца, знать бы ещё какая. Но этот бестолковый юношеский максимализм, пусть она уже далеко не подросток…

— Здесь, — Монеткина ткнула пальцем в небольшую лавку почти в самом центре базара.

Я молча покачал головой, и это ей крайне не понравилось. Правда, объяснять дурёхе, почему здесь не стоит спрашивать про сбыт этой… энергетической драгоценности, не стал. Осматривался."

"Народу было слишком много даже для торгового центра в моем мире. Более того, разносортность рас буквально бросалась в глаза. Как и огромное количество людей азиатской внешности. Что меня сильно напрягало. Нет, каких-то особых претензий к узкоглазым у меня никогда не было, но вот доверие к ним, увы, отсутствовало.

И не только из-за опыта моей прошлой жизни. А из-за недавних событий.

Я шёл следом за Катериной Монеткиной, то и дело одёргивая её от очередного порыва толкнуть свои кристаллы очередному «человеку» цыганского вида. А когда я попросту устал от однообразного «нет», то жестом указал на небольшое уличное кафе. А после усадил подопечную за стол и подозвал к нам официантку. В весьма причудливом наряде, между прочим.

Помимо красной точки на лбу, что явно говорило об индийском происхождении, женщина средних лет была в длинном бежевом платье, только с различными узорами. Больше… мексиканскими, что ли… Всякая разноцветная геометрия, а это уже никак не вязалось с Индией.

Гадать про себя, какой она национальности, не стал. Попросил две чашки кофе и чего-нибудь сладкого. Как только Катя услышала о «сладком», так сразу и воодушевилась. И крайне неудачно пошутила:

— Зачем тебе сладкое, если из сладкого ничего слаще, кроме меня, нет?

При всем при этом она очень искренне улыбнулась, обвела руками грудь и талию и продолжила:

— Вова, а что у тебя с личной жизнью после службы?

От вопроса отмахнулся, как и от её шутки. В конце концов осмотреть незнакомый мне мир гораздо важнее флирта в какой-то забегаловке. Что-то здесь мне не нравилось. Причём начиная от самого кафе, куда я сам же нас и завёл, и заканчивая этой самой… официанткой.

— Скажи мне вот что, Катя, — я отвернул голову от небольшой стойки под козырьком, где готовили наш заказ, и посмотрел на девушку: — Ты хоть раз что-то продавала? Или так и ходила куда не попадя со своим товаром?

— Ты совсем дурак? — она искренне возмутилась. — Очевидно же! Я в этом очень опытная!

— А мне кажется, что нет, — спокойно возразил я. — Почему ты хочешь продать эти макры? Налоги платить не хочешь? Что-то я сомневаюсь.

Девушка вместо того, чтобы опять возмутиться, наоборот, заулыбалась. Положила локти на стол и «уронила» голову на выпирающие кисти. Заинтересовалась.

— Скорее всего, они достались тебе нечестным путём.