— Что ещё? — спросил я, а то Кардан молчал долго и всё ещё смотрел в небо, будто там был каталог машин.

— Ну… слушай, надо смотреть, — он опустил взгляд. — Давай тогда позвоню пацанам, ну и пробью, что подойдёт. И с тобой сконтачимся.

— Вот мой номер, — я сунул ему визитку. — Сегодня вопрос решим?

— Да без базара! — Кардан вытер пальцы платком и убрал визитку. — Через часок-два наберу, братан.

Он ушёл, а телефон зазвонил снова, я успел ответить.

— Я быстро, — торопливо проговорил Глеб Сибиряков, почти не делая пауз. — Помнишь, про Кента вчера говорили? Есть кое-что интересное. Где тебя забрать можно?

— На рынке у первого города.

— О, ништяк, я рядом, ща заеду. Там недолго. Жди у входа.

В трубке раздались гудки. Он мог позвонить с телефона шефа, у Некрасова мобила была, подарок от спонсора.

Интересно, что Глеб нарыл. Но скоро узнаем.

— Братан, возьми пока чего-нибудь пожевать, — я показал Димке на чайхану, стоящую в отдалении, и сунул ему пятьдесят рублей. — Мне лагмана закажи и запить что-нибудь, но пусть не сразу принесут, а попозже. А себе — что хочешь. Потом тачку с тобой посмотреть съездим, подскажешь, что и как, ты же в них сечёшь. А то поговорить со мной хотят, срочно.

— О, ништяк, а то пока он мясо жрал, а у меня в пузе бунт начался, — Димка похлопал себя по животу. — Добро, погнал, жду."

"Сибиряк заехал за мной быстро, буквально минут через семь его тачка стояла напротив главного входа рынка. Значит, он и правда был неподалёку. Приехал он на той самой красной девятке, на которой иногда ездили опера из РУБОП, и с Некрасовым я как-то говорил в ней.

— Иваныч сказал, порвёт, если я много говорить по сотику буду, — он показал мне большую мобилу. — Короче, там, на Зенитке, есть шалман один.

— Кента точка? — спросил я, напрягая память. Не помню, чтобы у него там был бордель.

— Как оказалось, да, — он кивнул. — Короче, мы там по своей теме были, и я его увидел, суку такую, тебе позвонил. Может, ещё успеем посмотреть, кто там трётся. Прав я оказался, — Глеб заулыбался. — Не Коршун.

Ехать надо было минут пять, дорога в это время дня почти пустая, только маршрутки иногда проезжали по ней. Но с широкой трассы пришлось съехать на разбитую дорогу.

Райончик этот под названием «Зенитка» я не любил, да и мало кому в городе нравилось здесь бывать. Повсюду серые пятиэтажки и старые бревенчатые двухэтажки, которые когда-то строили как временные жилища, но которые стояли до сих пор. Пыльно, грязно, а люди, идущие мимо, всегда косились на случайно заглянувших сюда людей, будто чувствовали, что этот человек не местный.

Глеб свернул к пятиэтажкам, шины шелестели по камням.