По-осетински ни слова не знал, но акцент был чересчур заметный, а когда ругался, то выдавал набор жутких непонятных звуков и злобно пучил глаза. Кто его не знал, думали, что это какой-то бешеный кавказец, который вот-вот вытащит кинжал, чтобы «всэх рэзат».

Воевал в первую Чеченскую на нашей стороне. Звали его Алибек, но прозвище у него почему-то было Абхаз. Пока работает где придётся, потом пойдёт на контракт, и я с ним познакомлюсь во время командировки на Северный Кавказ в начале нулевых. В армии он останется до самой своей смерти.

Помню, как мы с ним поначалу вообще не выносили друг друга, даже чуть не подрались один раз.

А потом выпили, поладили. Хороший мужик, всегда прикрывал парней. Помню, как он тащил на себе раненого срочника километров двадцать, не сделав ни единого привала. Выжил тот пацан тогда.

Погибнет в августе 2008-го в Южной Осетии, в самом начале, когда только начались обстрелы Цхинвала…

— Брат, слушай, — позвал я его. — Надо телятины, посоветуй, что хорошее.

— Это — он показал пальцем на тушу, которую разрубил, — нэ бэри!

— Совсем плохо?

— Брат, нэ бэри, эта тэлятына Брежнева ещё видэла, молодым! Ха!

Алибек покачал головой, тараща глаза.

Ну точно он, бородач хренов, всё та же морда, и юмор не изменился. Даже захотел над ним подшутить, но мы ещё друг друга не знаем. Опять драться кинется.

— Ты чего покупателей пугаешь? — в нашу сторону бежал рассерженный продавец. — Не слушайте его, свежая телятина, парная…

— Да я тут ещё тебя ищу, — сказал я тише. — Парни, кто с тобой служил, посоветовали, уважают тебя. Я ищу крепких ребят в охранную фирму… но с особыми функциями. Надоест мясо рубить, — я сунул ему визитку, — звони.

— А чё… — Алибек покрутил карточку в грязных руках.

— Звони или на пейджер контакты скинь, перезвоню сам.

Оставив его в недоумении, я пошёл дальше.

— Ты ещё и людей ищешь? — удивилась Юлька. — А какая фирма?

— Да скоро увидишь.

Прошёл с ней дальше, взяли мяса, уже нормального, и приправ. С овощами, правда, туго, продавались только безвкусные пластиковые из Китая, но нашли потом дорогие импортные в крытых павильонах."

"В тех рядах снова встретил Толяна Ершова. Деревенский парень опять попал на развод. Этот тот самый, классический, когда кто-то ронял кошелёк на глазах у жертвы, а подставной человек предлагал разделить содержимое.

А потом внезапно возвращался хозяин и требовал вернуть деньги, причём говорил, что их было больше, чем сейчас находилось в кошельке. Вариации развода разные, но суть всегда одна — запугать лоха, чтобы он сам отдал деньги.

Но развод пошёл не по плану, потому что несмотря на кроткий вид парень лохом не был. Бугай, якобы хозяин кошелька, стоял, запрокинув голову, и держал себя за нос, из которого бежала кровь. Толян наезд не оценил.