— В-вы же… — с трудом начал парень, заикаясь, и сглотнул, — … ещё п-по-играете? П-п-по-пожалуйста…

Правая рука сжималась, будто он пытался ухватить звуки, которые никак ему не давались, но они всё ускользали. Взгляд метался по гитаре Димки вверх и вниз, будто он хотел, чтобы музыка не останавливалась. А потом он бросил в чехол смятую купюру, которую держал в правом кулаке.

Хрена себе, пятьсот тысяч старыми рублями одной бумажкой! Если не путаю, это почти средняя месячная зарплата по городу. Но Димка с гордым видом помотал головой, наклонился, подобрал деньгу и сунул её парню назад.

— Постоянному слушателю за счёт заведения, хе! — воскликнул он и, сразу взяв нужный аккорд, запел:

— Вечером на нас находит грусть порой, порой

Сердце ноет, сердце просится домой, домой…

Эту песню я знал хорошо, «Сектор Газа» тогда слушали до дыр. А незнакомый парень вернулся на своё место и снова склонил голову, будто рассматривал землю.

Ну а пока Димка пел, я дождался того, кто был мне нужен.

Чёрная «Тойота Марк-2» заехала прямо в парк, из-под колёс густым потоком поднималась пыль. Водитель, крепкий короткостриженый парень в спортивном костюме вышел из машины, громко хлопнув дверью, и сразу заметил меня. Лицо скривилось.

Басмач пожаловался кому-то из своих знакомых, и те пошли со мной разбираться. Но когда увидели, кто я, узнав в лицо, сами пожаловались другому человеку, чтобы он разобрался со мной как надо.

И не абы кому нажаловались, а настоящему братку, участнику ОПГ «Атамановские», который в банде был далеко не на последнем месте. Вот он и шёл ко мне сейчас разбираться.

В мою сторону шагал сам Коршун, он же — Ярослав Коршунов, он же… мой родной брат, который после возвращения из армии пошёл в бандиты.

Тогда-то и разошлись наши пути-дорожки.

Глава 3

Страшно подумать, сколько лет не видел родного брата. В каком году он погиб? В 2001-м, я уже тогда работал милицейским следователем. Тогда же вроде и девяностые прошли, но по факту всё тянулось ещё долго.

Не было такого, что 31 декабря 1999 года вся братва внезапно ушла вместе со старым президентом. Нет, они ещё долго трепыхались, а некоторые даже адаптировались к новым условиям, тот же Басмач.

Он же и подставил Ярика, гад, я это всегда знал. Не убил сам, своими руками, иначе бы мне его дело не доверили из-за того, что я заинтересованная сторона, но это он подвёл его под пули. А потом возвысился сам, быстро став из мелкой шестёрки матёрым бандитом.

Но вот всё же он стоял напротив меня, и я почувствовал, что улыбаюсь. Нет, не зря это всё, родной брат жив, и я многое отдам, чтобы так и оставалось.

Мы с ним не были особо похожи внешне. Ярик ростом пониже, но шире в плечах. Я брюнет, у него русые волосы, хотя он стрижётся коротко, почти под ноль.