Ноги звенели от напряжения, оставаться на месте становилось все невыносимее.

— Тебя туда тянет, — догадалась Тэсса. — Десять шагов назад, Фрэнк. Считай вслух.

— Раз, — сказал он и осекся, потому что сделал движение не назад, а вперед.

— Помоги мне! — пронзительно закричал детский голос.

— Черт, — выругалась Тэсса, — ты слишком легко поддаешься чужому влиянию. Помнишь, как тяжело нам пришлось, когда тебя звал Алан, вернее, его зомби.

Это немного отрезвило.

— Я жду, — хрипло сказал Фрэнк. — Я стою на месте.

— Молодец, — одобрила она. — Если хорошенько подумать, то откуда бы взяться ребенку в наших кустах. Не сбросили же его пилоты аэродрома Лэндс-Энд, в самом деле.

— А откуда взялась Жасмин? Ты просто нашла ее на поляне, — разговор действительно помогал сосредоточиться на чем-то, кроме желания нырнуть в кусты.

— Правильно, Жасмин. Ты бы не хотел встретиться с ее мамочкой, знаешь ли. Никто бы не хотел.

— Кроме тебя. Думаешь, я не знаю, что ты регулярно рассказываешь ей, как растет ее дочь?

— Так точно, мистер всезнайка. Вот, я уже вижу тебя. Можешь помахать мне ручкой."

"И Фрэнк с великим облегчением опустил телефон. Оказалось, что за то короткое время, которое понадобилось Тэссе, чтобы прибежать сюда, — а она неслась со всех ног, сомневаться не приходилось, — с него успело семь потов сойти.

— Ладно, — произнесла она, даже не запыхавшись, когда притормозила рядом. — Ну давай посмотрим, что у нас такое тут завелось.

— Мне можно с тобой?

Тэсса без колебаний протянула ему руку, и Фрэнк, ненавидя свои мокрые ладони, ухватился за нее.

— Только не лезь вперед, — попросила она. — Не хотелось бы бороться еще и с тобой.

Напрасно они бродили среди кустов в поисках напуганного ребенка — никого там не было. Живого.

— Господи, — вырвалось у Фрэнка, когда Тэсса подсветила фонариком на телефоне освежеванную тушу животного крупнее альпаки. От приторного запаха крови его затошнило.

Тэсса присела на корточки, внимательно осматривая отвратительные кровавое мясо с торчащими костями.

— Хотела бы я знать, — пробормотала она, — а где, собственно, шкура.

Потом она бестрепетно направила свет на копыта и громко выругалась.

— Вот черт. Милый, плохие новости: в ближайшее время Холли будет в очень, очень плохом настроении.

— Почему? — заторможенно спросил Фрэнк.

— Потому что это Стюарт Уэльский VIII, пони Холли. У него клеймо на копыте.

— Вот черт, — повторил вслед за ней Фрэнк. — Мы не можем ему рассказать о таком, иначе он будет месяцами рисовать кошмары, а нам в этих кошмарах придется жить.

— Вряд ли он поверит, что его скотина отправилась на ферму к добрым фермерам.

— Ну, животное могло просто потеряться.

— Могло, — согласилась Тэсса задумчиво. — Ты ведь и сам знаешь, что теперь делать?

— Ага. Пошел за лопатой.