Думать ни о чем не хотелось. Ни о чем, кроме секса. Он смаковал, вспоминал самые волнующие моменты. Хотя таковыми были все. От поцелуя до семяизвержения.

– Как ты, дружище? – Дмитрий сел за соседний стол и повернулся на стуле лицом к Коневу.

– Бодрячком, – улыбнулся Михаил.

– Тут это… Людка о тебе спрашивала.

– Ты ей сказал? – Вопрос был наугад.

– Она спрашивала, а я не смог обмануть ее.

Бинго.

– И что?

– Она хочет встретиться.

– Буду рад, – безразлично произнес Миша.

– Ага, – Сечин кивнул и встал со стула. – Жди звонка, я ей твой номер дал.

Зачем он дал ей мой номер? – подумал Миша. А затем, болван, что она удалила твой номер сразу же, как упал твой хер. Кому нужен номер импотента?

Он мог бы позвонить и первым, потому как возбудился от одного лишь воспоминания о Людке. Теперь ему не казались обвисшими мешками с жиром ее сиськи, теперь ее целлюлит был желанней шелковистой кожи какой-нибудь гламурной шлюхи с глянцевой обложки. Потому что он был не один, у него была поддержка, тяжелая артиллерия. Член стоял, готовый к бою.

Люда позвонила сама. Начав с обвинений, закончила слезными мольбами. Обвинения сводились к заунывному перечислению его недостатков, несмотря на которые она его терпела. Основным упреком, конечно же, было – сейчас, когда тебе хорошо, Люда тебе не нужна. Он прекрасно понимал, что по ее разумению «хорошо». Но было ведь не совсем хорошо. Зуд, странный зуд, больше похожий на вибрацию с покалыванием, появился вновь.

Трахай… Чем больше, тем лучше…

– Ты где? – спросил Миша, оборвав ее на полуслове.

– Дома, – всхлипнув, ответила Люда.

– Еду, – сказал он и нажал отбой.

Он знал, что она будет кокетничать и отказываться – ролевые игры у нее такие. Миша все еще злился на нее за то, что она выставила его не в лучшем свете перед друзьями. Злился и собирался отомстить. У него в штанах было орудие возмездия, и он собирался пустить его в ход. Член отозвался зудящей вибрацией.

С машиной «Скорой помощи», подъехавшей к бизнес-центру, он разминулся минут на десять.

– Я больше не могу, – взмолилась Люда. – Ты мне все там натер.

Миша тоже уже не хотел. Насытился, успокоился. Он – да. А вот его прибор рвался в бой.

– Я в душ, – сказал он и соскользнул с постели.

Холодный душ слегка усмирил «бойца». Да и Мишка не чувствовал усталости, но продолжать с Людкой он не хотел. Дело даже не в том, что он не желал ее.

Нет, она была желанной для любого, у кого с эрекцией порядок. Он просто остыл. Словно злость на нее перегорела, и он больше не хотел иметь с ней никаких дел. Его член так не думал. Если так, конечно, можно сказать об отростке, зависящем целиком и полностью от команд мозга. Но его прибор зависел от команд откуда-то еще.