«А я как нервничала, страдала, даже ревела, словно последняя дура, в подушку?» – подумала она без прежней горечи. Но тут же поняла, что совсем не хочет избавляться от этого странного, разрывавшего ее сердце на части чувства. Любовь постучалась в ее двери, а она неосторожно и быстро распахнула их, забыв первейшее правило самосохранения: не открывай дверь незнакомым людям, пока не поймешь, что они для тебя абсолютно безопасны.

Но она уже впустила, и не в комнату, а в свое сердце, человека, которого успела рассмотреть, по сути, лишь краешком глаза. Она ведь даже не знала ни фамилии, ни отчества Арсена... Впрочем, ее фамилию он тоже не знал. А Лариса не из тех, кто даст подобную информацию, разве что Анжела постаралась? Интересно, у кого еще Арсен сумел раздобыть номер телефона Ларисы?

Марина судорожно перевела дыхание. Хватит уже сходить с ума! Тема Арсена закрыта раз и навсегда! Есть более важные дела, которые она должна обдумать прежде, чем встретится с Субботиным.

Она бросила взгляд на мачеху. Та сидела, молитвенно сложив ладони, и что-то шептала, воздев очи горе. И эта поза, и страдальческий взгляд, устремленный в потолок, – все было насквозь фальшиво и пошло. Одним-единственным словом Марина могла бы прекратить этот спектакль, но она промолчала, потому что в это мгновение вспомнила, как мачеха появилась из своей спальни в элегантном вдовьем наряде. Она спускалась со второго этажа по лестнице, потупив взор. И делала это нарочито медленно, то ли демонстрируя свою слабость, то ли позволяя присутствующим насладиться видом безутешной вдовы."

"В гостиной ее поджидал Молодцов, но Ольга Борисовна прошествовала мимо, надменно вздернув голову и не удостоив его взглядом, из чего Марина сделала вывод, что между мачехой и Русланом Яковлевичем пробежала черная кошка. Что это за кошка, наверняка мог объяснить Субботин, но он так и не объявился. Марина украдкой взглянула на часы. Осталось пять минут до назначенного времени, и она поднялась со своего места.

– Ты уходишь? – подозрительно посмотрела на нее мачеха. – Совсем? А как же я? Я боюсь оставаться одна!

– Я немного прогуляюсь по свежему воздуху, – сухо ответила Марина, – а потом вернусь. И чего вам бояться, если рядом люди. – Она кивнула на соседнюю комнату. – Давайте я позову кого-нибудь.

– Нет-нет, не стоит, – скривилась мачеха и махнула рукой. – Иди уже! – И заботливо поправила повязку на голове мужа. – Ничего, Аркаша! Я буду здесь до конца!

Марине очень хотелось высказаться по поводу ее самоотверженности, но она сдержалась и вышла из комнаты.

* * *

На улице было прохладно. Гораздо прохладнее, чем она себе представляла. Марина зябко поежилась, пожалев, что забыла теплую шаль, которая осталась на спинке стула.