– Звоните Билецкому, сейчас же! Если вы хоть пальцем еще раз меня тронете – лишитесь места своего, ясно вам? Марк вас в порошок сотрет. Я… я его невеста!

Выпаливаю все это от ужаса, расползающегося внутри прочной паутиной. Я не уверена, что Марк Билецкий за меня заступится. Стоя здесь, в кабинете, я вообще не уверена, что он существует, что он приходил ко мне в комнату допроса. Если об этом не знает следователь, может, этого и не было?"

"– Невеста, – противно смеется мужчина напротив. – Если он не твой адвокат, пожалеешь, что вообще его имя вспомнила.

Я вскидываю голову, дерзко задираю подбородок. Не знаю, откуда такая уверенность и сила, потому что чувствую, что держусь из последних сил.

Все-таки он кого-то набирает… Заискивает в разговоре, имя мое называет. Закончив говорить по телефону, ухмыляется…

– Ну что, Василиса… Как думаешь, что с людьми в тюрьме за вранье делают?

Глава 4

В затхлом кабинете следователя мне нечем дышать. Я буквально готова упасть в обморок, когда мужчина заливисто смеется и говорит:

– Да ладно тебе, приедет твой адвокат сейчас.

Мне кроме этих слов, оказывается, больше ничего и не нужно. Я ставлю лампу на стол, но обратно на стул не возвращаюсь даже тогда, когда следователь садится на свое место.

– Ну ты чего запаниковала-то? А главное, чего сразу про Билецкого не сказала? – смотрит с прищуром. – Кто же ходит на допросы без адвоката?

– Мне раньше как-то не приходилось, – огрызаюсь, испытывая к мужчине дикое отвращение.

– У тебя в адвокатах Билецкий, – хмыкает. – Теперь понятно, отчего дерзкая такая. Этот отмажет.

Решаю никак не комментировать его слова и обхватываю себя ладонями. Здесь теплее, чем в камере, но мне кажется, что я насквозь промерзла и никак не могу согреться. Следователь это, конечно же, замечает, но ему словно наплевать. Я – задержанная, зачем обо мне заботиться, да? Даже если заболею и умру тут – не его ума дело.

Я нервно поглядываю на двери и на попытки мужчины как-то со мной по-человечески поговорить не реагирую. Мне не нужны с ним разговоры. Его липкие руки на моих плечах все еще свежи в воспоминаниях, а взгляд, которым он на меня смотрел, теперь будет сниться мне в кошмарах.

– В клетку назад хочешь? – хмыкает следователь, откладывая в сторону папку. – Молчишь, когда я с тобой разговариваю.

– Я уже сказала, что признаваться мне не в чем.

– И все же…

Он снова поднимается со своего места, обходит стол, я бросаю беглый взгляд в сторону лампы, но понимаю, что не дотянусь. В безопасности я себя по-прежнему не чувствую, хоть кабинет уже открыт, но кто бы меня отсюда выпустил?

– Красивая такая, – комментирует он, останавливаясь напротив. – Даже жаль, что покровителя имеешь. Может, отпустишь его? Повеселимся.

У меня глаза от ужаса расширяются.