– Послушайте, – начинаю я, но быстро замолкаю, потому что меня помещают в камеру.

Здесь грязно и пахнет так, словно здесь месяц жил бомж и пять минут назад его отсюда увели.

– Подождите! – кричу тому, кто меня сюда запихнул. – Это что, все? Вы здесь меня оставите?

– А чего ты ожидала? – смеется он и уходит.

Я стою на одном месте. Ровно там, где меня оставили. Здесь абсолютно нечего делать, а никто мне не отвечает. Я силюсь вспомнить, что там обычно делают героини кино. Требуют их выпустить? Или просят предъявить обвинения? Можно еще потребовать адвоката и совершить звонок, но дело в том, что звонить некому. Разве что той же одногруппнице, хотя вряд ли Дарина сейчас возьмет трубку. Родители ничем мне не помогут, потому что живут в другом городе, да мне и в голову бы не пришло их набирать. Папа недавно перенес инсульт, так что звонок примерной дочери в час ночи – точно не то, чего они ожидают.

За мной приходят спустя какое-то время. По личным ощущениям, проходит по меньшей мере вечность, когда следует скрип металлической дверцы, и мне кивают на выход. Парень все тот же, который рылся в моей сумочке, хотя я, честно говоря, думала, что его сменят хотя бы в участке.

Я не сопротивляюсь. Иду молча, останавливаюсь у массивной металлической двери, которую тут же открывают, а меня подталкивают внутрь. Там два стула и стол. Тоже не первой свежести. Как только захожу, дверь захлопывают, но на ключ не закрывают. Впрочем, кому придет в голову пытаться сбежать из полицейского участка? Мне – точно нет. Я отодвигаю стул и сажусь лицом к двери. Прокручиваю в голове фразы, которые должна сказать. И вопросы. Господи, конечно, нужно хотя бы спросить, за что меня задержали! И почему отобрали сумочку с телефоном и, между прочим, деньгами?

Спустя пару минут дверь открывает тот самый незнакомец, что настойчиво звал меня замуж в клубе. Одетый в ту же одежду, собранный. Он заходит в помещение, без брезгливости отодвигает стул напротив и садится, неотрывно глядя на меня. В голове проскальзывает множество мыслей. От того, что у него что-то украли, и он решил, что это я, до того, что он следователь под прикрытием. Или как их там называют, господи?

– Будем знакомиться, Василиса, – не спрашивает, а утверждает мужчина. – Билецкий Марк Савельевич – лучший адвокат этого города.

Глава 2

– Почему я здесь? – задаю вопрос, который гложет меня с момента задержания. – Мне никто ничего не говорит, у меня забрали документы и не отвечают на мои вопросы.

– Ты здесь по глупости, – говорит Билецкий. – В твоей сумочке нашли подозрительный пакетик. Его отправили на экспертизу, до того момента ты пробудешь здесь.

– Но это не мое!

– Охотно верю.

Я ничего не понимаю. В комнате допроса холодно и страшно. Я ежусь.