Я уже начала подниматься, но Витя взял меня за руку и заявил:

— Я тебе говорил, что ты очень красивая?

— Не помню, — ответила я, потому что в самом деле не помнила.

— Ну так вот: ты очень красивая.

— Ага, особенно сейчас, с заспанной физиономией и не расчесанная.

— А еще в этой футболке, — поддакнул он. Тебе идет.

— Заспанная физиономия?

— Футболка. Можно я тебя поцелую?

— Нет. Я, конечно, не сомневаюсь, что ты сказал правду и со Светой вы друзья, но в настоящий момент я не готова к тому, чтобы в душе моей вспыхнули нежные чувства. А без них целоваться неинтересно.

Он засмеялся и вроде бы совсем не обиделся, что меня порадовало.

— Давай смоемся куда-нибудь? — предложил он. — Например, в Сочи. Бархатный сезон. Наплюем на все неприятности и будем наслаждаться жизнью.

— У меня денег нет.

— У меня есть. Ну так что?

— Заманчивое предложение, — пожала я плечами.

— Тогда поехали. Может, мне повезет, и ты будешь готова к нежным чувствам.

— А если не повезет?

— Тогда просто полежу на солнышке. Договорились?

— Не знаю, — вздохнула я. — Все это время я торчала в городе, потому что за тебя переживала. Теперь выяснилось, что переживала напрасно, и я не знаю, что делать.

— Наплевать на все, — махнул он рукой.

— Наплевать вряд ли получится, — не согласилась я. — Убийство есть убийство, и кому-то придется за него отвечать.

— Ты здесь совершенно ни при чем.

— Не скажи, — вновь не согласилась я.

— Ты… ты считаешь меня виноватым? — со вздохом произнес он, отводя взгляд.

— В чем?

— В том, что это случилось с тобой?

— Нет, конечно. Просто все ужасно запуталось, и меня это беспокоит.

Виктор собрался что-то ответить, но тут в дверь позвонили условным сигналом.

Виктор нахмурился и с недоумением посмотрел на меня.

— Светка, — сказал он шепотом. Я нахмурилась, выходит, парень несколько исказил действительность и теперь не знает, куда меня деть: то ли в шкаф запихнуть, то ли выбросить в окно.

— Мне что, спрятаться? — спросила я, не приходя в восторг от этой идеи.

— Зачем? А-а… нет, конечно. Я же тебе все объяснил, просто ей ни к чему приходить. Странно. Неужели что-то случилось?

— Может, ты откроешь дверь и узнаешь…

— Она могла бы позвонить по телефону, — продолжал он думать вслух. В дверь еще раз позвонили.

Виктор поднялся и пошел в прихожую, я осталась в кухне. Щелчок открываемой двери, голос Виктора: «Ты чего…» Затем какой-то шум, возня, а вслед за этим знакомый голос: «Не дергайся»."

"«Ну вот и Павел пожаловал», — с тоской подумала я, косясь на окно. Второй этаж. Выпрыгнуть, конечно, можно, но сотрясение мозга у меня уже есть, прибавим к нему переломанные ноги, и жизнь покажется прекрасной.

В этот момент в кухне возник Игорек и сказал, радостно скалясь:

— Павел, ты посмотри, кто у нас здесь.