Она тогда понятия не имела, кто я такой, и грозилась убить меня, если я не освобожу ее, чем сразу же меня заинтриговала.

Голос Упавшей Звезды стал задумчивым – похоже, приближалась романтическая часть истории, – но окружающие его огненные цвета все больше бесновались, лизали ступени, цеплялись за его плащ и заставляли Скарлетт нервничать из-за того, что ее план сработает не так, как она хотела.

– Наши отношения начались с союзничества поневоле. Мир так сильно изменился с тех пор, как я оказался в ловушке, что мне требовалась помощь в нахождении Колоды Судьбы, а Парадайз нужен был кто-то, кто защитил бы ее от моей церкви. Ни один из нас не хотел показывать, как сильно мы друг другом заинтересованы. Я не признавался себе в истинных чувствах к ней до того дня, когда она сказала мне, что носит под сердцем тебя.

Скарлетт ожидала, что он вот-вот посмотрит в ее сторону, и не ошиблась. Но было бы лучше, если бы он этого не делал. В его золотистых глазах плескалось что-то почти дикое – они таили в себе яростную ненависть вперемежку со страстной любовью, как будто описываемые события случились лишь вчера, а не восемнадцать лет назад.

– Я собирался сделать Потерянный Рай бессмертной после того, как она произведет тебя на свет. Однако прежде чем успел рассказать ей, кто я такой, она узнала сама и решила отвернуться от меня. Она сумела отыскать полную Колоду Судьбы и вместо того, чтобы поделиться ею со мной, снова заточила меня в карту. Я хотел провести с ней вечность, а она предала меня.

Упавшая Звезда резко остановился на площадке, с которой открывался вид на сверкающий белый каньон. Он никогда раньше не водил сюда Скарлетт, но она узнала стоящие по краям потрескавшиеся цирковые колеса и реку с красной водой. Именно это место описывала Телла, рассказывая Скарлетт, как он убил их мать.

Скарлетт сделала шаг назад, но Упавшая Звезда тут же схватил ее за руку.

– Я не собираюсь причинять тебе вреда! Ты нужна мне, и вот почему. – Он до боли сжал ее ладонь. – Парадайз забрала самые сильные чувства, которые я когда-либо испытывал, и обратила их против меня. Если бы я любил ее, она могла бы убить меня. Любовь – единственная слабость, которую я никогда не мог победить. Люди превозносят это чувство, считают его даром, забывая о том, что обретенная любовь никогда не длится вечно, но разрушает, а для нас оборачивается вечной смертью. Я верю, что как только ты овладеешь своей силой, то сможешь навсегда избавить меня от этой слабости, чтобы я никогда больше не смог воспылать чувством к человеку.

49

Донателла– Когда в следующий раз увижу своего брата, то посажу его на цепь! – Несмотря на то, что Легендо говорил очень тихо, от звука его голоса – Телла готова была поклясться! – задрожали висевшие в коридоре картины.