Ни к чему все усложнять.

Через пятнадцать минут и посмотрим, кто был прав. Агнесс рядом с ней больше нет, а значит штукатурить ей лицо больше некому.

Спустившись в вестибюль, я занимаю кресло в зоне ожидания и окунаюсь в раздумья. После форума нам нужно будет снова попасть к моим родителям и сыграть влюбленную пару. Этим я убиваю сразу двух зайцев: помимо обеления своей репутации в прессе, я хочу успокоить мать, которая мечтает пропихнуть в мои объятия свою протеже Дашу. Каких бы я успехов не добился в жизни, для Регины Альбертовны Манаповой я навсегда останусь вздорным мальчишкой, которого нужно наставлять. С таким поведением матери я знаком не понаслышке, и с помощью Маши решил наглядно продемонстрировать, что в подсказках не нуждаюсь. Маша на эту роль невесты подходила как нельзя кстати. Мало кто сможет упрекнуть меня в том, что я выбрал свою спутницу лишь за впечатляющие внешние данные и заявить о том, что ей нужны лишь мои деньги. И если бы не этим чудесные метаморфозы, произошедшие с Машей, все бы идеально шло по плану."

"Заслышав стук каблуков, я оборачиваюсь. Девушка, которая идет мне навстречу, с одной стороны и похожа на себя, а с другой будто бы нет. Мне всегда казалось, что у моей помощницы есть большие проблемы с фигурой, и именно это заставляет ее носить эти старомодные юбки ниже колен и мешковатые рубашки. Сейчас же снова убеждаюсь в том, что ошибался. У Маши прекрасные ноги — длинные и стройные, тонкая талия, подчеркнутая черным обтягивающим платьем и крупная высокая грудь. Я снова в недоумении. Какого черта она прятала все это под уродливыми тряпками? В ее-то двадцать два? А еще у нее невероятные волосы: пышные т блестящие. Сейчас они распущены и волнами пружинят на ее плечах.

— Доброе утро, Артур Маратович, — здоровается она с легкой улыбкой.

На ее лице практически нет макияжа — только блеск для губ, но выглядит она… Отлично она выглядит без этой ужасной роговой оправы. Глаза у нее — загляденье. Голубые, чистые, а обрамлении густых темных ресниц. На работе я привык относится к ней как к ровеснице, а сейчас смотрю в них и отчетливо вижу, что девчонке действительно двадцать два. В ее глазах видна испорченность.

Кожа тоже отличная. И губы. Просто удивительно. Как я раньше всего этого не замечал? Хотя возможно это эффект того, что вчера я увидел ее в новом свете. Ладно, хватит об этом думать. Она здесь с определенной целью, а остальное —лишнее.

— Подойди ближе и поцелуй меня, — негромко произношу я, не без наслаждения наблюдая, как ее щеки приобретают насыщенный розовый цвет. Если уж я пообещал повысить ее оклад вдвое — пусть отрабатывает.

Потупив взгляд, Маша робко кладет мне ладонь мне на плечо и быстро касается губами уголка моего рта. Мне стоит труда спрятать улыбку. Смешная такая.