Не знаю, сколько прошло времени. Вокруг меня постоянно что-то происходило, читали заклинания, рыдали и вновь брали себя в руки… Видимо, это мама, но даже её эмоции были слишком недосягаемыми для меня. Так ли важно, что происходит в этом внешнем мире? Пугающем, злом, таком несправедливом…

— Не выходит! — в отчаянии воскликнул Даарт. — Не получается! Не могу, не знаю… я…

— Пробуй ещё, — это уже более жёсткий голос отца, я буквально почувствовала, как он отвесил мысленную оплеуху его высочеству. — Ты единственный, кто владеет аэ-де.

— Этого не достаточно. Нужен убийца фей, чтобы сделать это, нужно…

Он не договорил, словно ему только сейчас пришла какая-то догадка. Рядом полыхнуло магией — удивительно, но к магическим потокам мой затухающий белый огонёк был очень чувствителен. Открывшийся портал, через который ушёл его высочество, он почувствовал хорошо.

— Держись, малышка, держись, — шёпот мамы, вырывающий меня из паучьих лап. — Ты ведь веришь в Даарта? Он справится! Он — твоя половинка, тот, кто способен защитить тебя, кто разделит с тобой боль и радость, кто спасёт тебя даже из лап смерти.

Ритуал единения он такой. Мама Даарта — человек, но благодаря единению с Ардааном Ониксовым получила много бонусов, одним из которых является драконье долголетие. Возможно, истинность — это некое слияние с половинкой, растворение в ней, но при этом сохранение своих желаний, стремлений и самодостаточности. Когда люди живут десятилетия вместе, если между ними настоящее неподдельное чувство, они привязываются друг к другу, мыслят и чувствуют на одной волне, смотрят в одну сторону и испытывают те же стремления. А ритуал единения лишь ускоряет естественный процесс между двумя половинками.

Ритуал единения! Эта мысль на мгновение озарила паучьи лапы, и они словно зашипели и отпрыгнули от меня. Так вот что задумал Даарт. Я вынырнула в реальность и шумно вдохнула, оказавшись у мамы на коленях. Никогда не видела заплаканное лицо королевы фей, и сейчас оно меня по-настоящему испугало.

— Мама…

— Держись, мой снежный цветочек, держись.

Время странный предмет. Сжимается, растягивается, стирает и забирает боль. Я чувствовала себя ватной, неестественно живой, словно уже на грани перехода в другую реальность, и сейчас лишь нить истинной связи удерживала меня здесь. Эти две нити — от Даарта и от Арахнида — боролись между собой, перетягивая меня, словно канат.

Портал полыхнул, и в этот раз Даарт вернулся не один, а вместе… с Кьяром Доренсом, отцом Лизабетты. Снежный фей буквально выпал из портала, но Даарт удержал его. Принца нужно было видеть в этот момент: хмурое ожесточённое лицо на грани безумия и бешенства. Я ужасно испугалась за него, но едва глаза принца столкнулись с моими, тень начала отступать.