Руки она держала за спиной, Муза заглянула туда и показала мне большой и указательный пальцы. Ствол.

Красивая девочка, няшная.

Каин пробовал все варианты. Решил использовать мою слабость.

— Я не в настроении, малыш, — произнес я, запрокинув голову. — И обычно не убиваю детей.

Влажные пухлые губы томно приоткрылись.

— Как мило, — улыбнулась она. — А я убиваю.

Фокус вздрогнул, и я бросился за кресло, преследуемый очередью из скорострельного автоматического пистолета. Кресло завалилось на меня, бедро загорелось от боли, как и левая рука, чуть ниже плеча. Зацепила все-таки…

Я укрылся за массивной спинкой дивана, кривясь от боли. Быстрый осмотр. Ничего страшного, руку лишь зацепило, а бедро, хоть и сильно кровоточило, критично не пострадало.

Дождавшись, пока гром очереди затихнет, я пальнул наугад и после этого выскочил. Она укрылась за ресепшеном, громко хихикая, как припадочная. Меняет магазин… Нет, детка, это не та история, где ты играешь важную роль.

Не в мире, где есть я.

Я вонзил катану в диван и спокойно пошел к стойке, выпуская пулю за пулей в глянцевую поверхность. Не давал ей высунуться.

Каждый шаг наполнял мое сердце предвкушением. Вот как чувствуется саспенс по другую сторону баррикад. Доставляет удовольствие.

Она все хихикает. Ну-ну…

Понимая, что у неё нет выхода, она рискнула выстрелить. В последний момент я перехватил тонкую кисть и вывернул её, заставляя бросить оружие. Сразу же получил локтем в глаз и отпрянул от неожиданности. Она перемахнула через столешницу и оттолкнула меня пинком, и вращением врезала мне ногой в голову. Я выронил пистолет, закрылся рукой, отступил ещё шаг.

Она вновь атаковала верхним киком, но я и так достаточно наигрался. В этот раз я поймал её ногу, схватил за бедро и вращением бросил обратно на стойку. Она с криком налетела на угол спиной, позвоночник хрустнул, и она начала оседать.

Я поймал её за волосы и врезал коленом в лицо. Ещё раз. И ещё. Пока её глаза не закатились, а из разбитого носа не полилась юшка.

Бросил её на пол, вытащил танто и несколькими нажатиями перерезал подколенные сухожилия. Она очнулась от боли и попыталась отползти, издавая нечто, похожее на рычание. Ах, вот куда ты тянешься, — к пистолету. Нет, солнышко, не выйдет.

Я обошел её и наступил на пальцы, нажал посильнее, ощущая, как трещат фаланги под каблуком. Она вновь закричала, злобно, надрывно.

— Ты выбрала не того мальчика для игры, — объяснил я. — Это мой жанр. А в моем жанре маньяки убивают девочек, а не наоборот.

— Пошел ты! Чокнутый бакаяро!

Я пнул её по ребрам, заставив проглотить свои слова. Поднял и ударил коленом в живот, намотал волосы на кулак и поволок, прямо как предыдущего парня.