Делая отрешённый вид, я забрал себе женщину, посадил её распарывать всё, что она с таким трудом сшила и попросил вырезать небольшое отверстие внизу кожаного мешка и с внутренней стороны туда пришить плотно прилегающий толстый кусок кожи, который бы с одной стороны не давал выходить воздуху наружу с другой позволил бы эффективно при разведении меха засасывать воздух внутрь. Заняв её только этой работой, я получил инструмент ещё через два дня. В этот раз уже всё было более или менее нормально, воздух вдувался и выдувался так, как это было нужно.

Глава 16

Подойдя с готовым мехом к горну, я понял, что при укладке кирпичей, поскольку я про меха изначально не подумал, разумеется никакое отверстие под него мастера не закладывали. Глаз у меня впервые нервно дёрнулся, но я взял себя в руки и сказал старикам разбить горн, поскольку гипсовая смесь уже накрепко схватила кирпичи, и оборудовать уже нормальную кузню, подальше от дома, раз случилась подобная оказия. Для этого сказал им построить четыре кирпичные стены, чтобы они защищали горн от ветра и как следствия этого колебания температур нагрева металла, а также несколько окон вверху для вентиляции, это я тоже вспомнил по ходу всего действия.

Уже в таком закрытом пространстве они сложили новый горн, благо кирпичей запасли больше, чем нужно было, и они ещё к тому же лучше просохли, а сверху него уложили ямку из глины, куда будем закладывать уголь и также оставили пространство, куда вставлять мехи. Хотя бы здесь не возникло проблем.

Когда всё с таким трудом было создано и собранно, в горн снова поместили деревянные поленья и дождались, когда в нём будут уже пылать угли.

Положив медный поднос с костной мукой, я ждал, когда же она прокалится. Ближе к ночи, когда всё остыло, я посмотрел при свете лампы, что да, цвет определённо поменялся, похоже я справился. Обрадовавшись, я пошёл спать, чтобы следующим утром приступить к кладке печи для обжига керамики. Тигели я приказал делать из той же нильской глины, только когда её замешивали я поднёс к яме руку с костной мукой, и только потом до меня дошло, что я не знаю нужных пропорций.

— Бл…ть.

Сколько я не напрягал память, это никак не приходило в голову, так что оставался самый долгий путь — путь проб и ошибок. Сделав разное соотношение костной муки и глины в десятке заготовок, я всё установил в печке, где внизу разожгли костёр и пламя снизу проходило вдоль кирпичных стенок и установленных на кирпичных выступах тигелей, на которых я нанёс номера, чтобы не перепутать, где какой состав использовался.

На всё это ушёл ещё целый день, плюс ещё день я ждал, когда всё остынет.