Я знал, что означает этот маслянистый блеск в глазах девчонок.

Олеся пересела ко мне поближе и медленно стала расстегивать одну пуговку за другой. Я сглотнул. Если под кофтой окажется майка и кружевной лифчик, то я решу, что все еще сплю. Но под толстой кофтой было тонкое термобелье, ничуть не скрывающее точек затвердевших сосков.

Я протянул руку и расстегнул молнию. Во сне ее грудь была меньше и выглядела не так выразительно.

— А как же Олег? Слышно ведь будет? — чуть хриплым голосом спросил я.

— Дурак, тут звукоизоляция такая, что начни я кричать никто не услышит, — Олеся наклонилась и что-то достала из шубы.

 — Возьми. Умеешь пользоваться?

От неожиданности я чуть не отдернул руку. Мне в ладонь легла запечатанная пачка презервативов. Вот это снаряжение! Вот так подготовка! Я улыбнулся.

Не могу сказать, что я был с ней особо нежен или слишком уж груб, но неудобные позы были. Правда в первую очередь из-за особенностей места имения. Ряды кресел располагали для определенных вариантов, но мне хотелось большего. Да и Олеся не отставала от меня в изобретательности.

Когда все закончилось и я стал одеваться, заметил, что на ширинке штанов не хватает пары пуговиц.

Давно я не сталкивался с такой жаждой и страстью. Олеся была слегка смущена и, кажется, удивлена своим поступком. Я же сидел довольным котом обожравшимся сметаны и поглядывал на обнаженное тело одевающейся девушки.

— Ты так рассматриваешь меня, словно хочешь съесть, — усмехнулась Олеся.

— Нет, что ты. Ты, конечно, аппетитная, но я девушек не ем.

— Ага, ты их только трахаешь. Это я уже поняла.

— С чего это? — притворно удивился я.

— А то я неопытных юнцов не видела!

— Я так погляжу, ты у нас тоже опытная.

— Судя по тому, что ты тут со мной вытворял, не такая, как ты. Мой сексуальный опыт очень ограничен. Правда я читала много весьма непристойных книг.

— В таком случае, у тебя отличная способность усваивать прочитанный материал. Скажи, а у вас с этим действительно так строго?

— Испугался? — усмехнулась девушка.

— Нисколько, просто меня немного возбуждает то, что это может быть под запретом.

Олеся рассмеялась.

— Моя бабка может предъявить тебе за это если узнает, но сейчас времена совсем другие.

Они не понимают. Хотя, если почитать старые книги, то удивляешься, что они там творили в этом плане. А теперь строят из себя не пойми кого. Мол честь княжны — это самая важная составляющая брака. Да пошли они все! Хочу и баста! И спрашивать никого не стану, — странно было видеть, как девушка распалялась все больше и больше от своих слов.

Щеки ее порозовели, соски вновь налились, а трусики, которые она успела натянуть, вдруг, снова оказались снятыми.