Вдоль борта с моей стороны подошел охранник с пушкой и дернул ручку двери. Дверца распахнулась, и мороз забрался внутрь облачком пара.

Я демонстративно медленно застегнул бушлат и спрыгнул на землю.

Ко мне тут же подошли еще двое, подхватили под руки и повели следом за добрым доктором на убой. Ой, то есть на дознание.

Прошли мы не более ста метров, когда доктор свернул в проход между двух одноэтажных зданий и юркнул в неприметную дверцу в третьем. Меня запихали следом."

"Безо всяких предварительных ласк мы попали в ярко освещенный кабинет размером пять на пять метров. Посередине этой белизны располагался черный стул похожий на кресло дантиста, только к подлокотникам были прилажены металлические скобы с толстыми фиксирующими болтами. В углу стоял странный квадратный прибор с сиреневым кристаллом, торчащим огромной елдой из приборной панели сверху. От прибора шел толстенный чешуйчатый кабель к стулу. Меня аж передернуло от увиденного.

— Располагайся поудобней, у меня есть пара вопросов, — пробасила кукла чревовещателя и улыбнулась во все сорок восемь кривых зубов.

Глава 4

Садиться в это кресло не было никакого желания. В такое посадят, потом не встанешь. Я лениво осмотрел выдраенную до стерильности комнату и скорчил недовольную гримасу.

— А поприличнее у вас кабинета не найдется, доктор? — спросил я самым невинным тоном привыкшего к изыскам эстета. — Можно мне такую же, но почище?

Коротышка заржал в голос.

— Давай проходи, — хлопнул он меня по спине ладонью. — Не задерживай очередь. У нас сегодня еще три пациента.

— Так может их первыми примете? — не унимался я. — Я-то что, кровей не великих, могу и подождать.

— Ты мне зубы не заговаривай, кровей он, видите ли, невеликих, — прорычал гном. — А то скажу ребятам в бараках, что ты князь, вот потеха-то будет.

Я не успел ничего ответить, хотя запас откровений имелся. Сзади меня грубо толкнули в спину и направили к стоматологическому креслу.

Честно говоря, не слишком-то мне улыбалось в него садиться, так что я развернулся и в упор посмотрел на толкнувшего меня бугая.

Роста в нем было на полголовы больше, а мозгов, судя по всему, на полкилограмма меньше. Зато наверняка эти полкило он с лихвой компенсировал содержимым кишечника. Вон толстый какой.

— Чего зыркаешь? — грубо спросил бугай.

— Да вот думаю на каком ты месяце. Вроде на седьмом такой живот появляется.

Бугай зарычал и замахнулся. Я был готов поднырнуть под руку или уйти в бок, но делать это не пришлось. Второй охранник придержал бугая сзади.

— Не ведись, он провоцирует.

— Сам вижу, — огрызнулся бугай, но руку опустил.

— Черт! — произнес я. — А так хотелось в потасовке поучаствовать. Говорят, у вас тут за нее медалями награждают.

Доктор заржал, аж хрюкнул.