Провели вместе пару часов и потом она улетела, прихватив кучу барахла. Перед кем они там форсят интересно? Ладно, их дело.

Дней через пять им, наконец, надоело валяться на пляже и они решили заняться делом. Летали на аграфском боте, под маскировкой. Лик им выделил одного ветерана, из абордажников, так что я спокоен — это девчонки при виде родственников могут расслабиться и получить по темечку, а этот волчара всегда настороже. Тем более, летал он с ними в боевом скафандре, да ещё и с дроидом-абордажником. Для местных сила несокрушимая.

У них ведь тяжёлого вооружения нет, только старенькие игольники, да и то немного.

Сам отслеживал все их передвижения. Правда, не понятно, как я смогу помочь, в случае каких неприятностей? Не долбить же по деревушке из главного калибра. Ни деревушки не будет, ни моих девчонок. Правда, летали они не скопом, а по одной. Одна Линда никуда не летала — у неё из родственников на планете не осталось никого."

"Но долго они по гостям не мотались. Очень уж им не понравились нищета и беспросветность родных мест.

Ника и Эмма были из небольших городков, а Галя из деревни. Но и там и там было одно и то же — нищета, страх и забитость. Ну так они и были из самых бедных семей, раз их собственные родители продали проезжим торговцам.

Линда мне жаловалась, что после таких поездок каждая из девчонок напивалась в баре. Приходилось остальным утаскивать такую домой, чтобы не натворила чего. Вот глядя на подруг Линда и не полетела никуда, а то была у неё мысль сгонять в родной город.

Девчонок для полной реабилитации по одной Линда привозила ко мне.

Сначала медкапсула, а потом постель, со мной в качестве главного утешителя. Столько всего наслушаться пришлось! Галя вообще требовала улететь отсюда побыстрее. Она, кстати, никого к нам и не притащила. Ника с Эммой привезли по девчонке. Ника свою маленькую сестрёнку, а Эмма тоже какую-то родственницу. Обе совсем малышки, двух и четырёх лет. Родители с радостью от них избавились и я их понимаю — хоть какая-то надежда на нормальное будущее для своих чад. А вот Галя никого подобрать не смогла. Там, в её деревне, такой ужас творился, что она сгрузив подарки, сразу улетела. До сих пор в обалдении — как она могла жить в таких условиях? И ведь, вроде, нормально жила, ей даже нравилось. Ну, да, плохое ведь быстро забывается, а вот хорошее помнится долго. Вот она и помнила только всё хорошее. А когда столкнулась с настоящей действительностью, ужаснулась. Ну, да, это не подглядывать за жизнью аборигенов, сидя в прохладной гостиной, в удобном кресле и потягивая сок.