Стены, окрашенные в нежно-голубой, просто кричали: прислонись, я поделюсь с твоей одеждой дешевой краской! А на потолке со старой облупившейся побелкой висела страшненькая люстра, неважнецки напитанная магической энергией. Она то и дело мигала, и свет становился то тусклее, то ярче. Была бы люстра живой, я бы заподозрила у нее нервный тик…

Среди всего этого бедствия красивый и уютный даже на вид диван, обитый на удивление качественным черным вельветом, смотрелся заложником, буквально требующим спасти его и забрать с собой, заменив на простенькую тахту.

Завхоз, переодевшись в форменную одежду и проследив за мной одним из своих глаз (второй тоскливо посматривал в окно), отмахнулся.

– Это конфискат, – пояснил он. – Парни купили и заказали доставку в фойе на свой этаж без моего ведома. Пришлось изъять.

– А почему просто не разрешили пользоваться? – уточнила я.

– Чтобы неповадно было. Без меня здесь такие вопросы не решаются. – Завхоз с укоризной покачал головой. – Они даже не подумали, насколько непрактична эта покупка. Вельвет быстро сотрется, вид будет совсем не пригодный. А меня не так часто посещают, да и отношусь я к вещам бережнее.

Я только моргнула, не зная, что тут сказать.

– Впрочем, вы же не о диване пришли со мной говорить? – Мужчина растянул губы в холодной улыбке. – Так понимаю, за ключами? Заселиться хотите?

– Да, – тут же воспрянула духом я. – Устала с дороги – сил нет.

– Представляю. – Оборотень еще шире улыбнулся, открывая моему взгляду острые клыки. Удобно устроившись на конфискате, он снова потер ушибленное мною темечко и красноречиво ойкнул.

– Простите, – понятливо проговорила я. – Так неловко получилось…

– Очень даже ловко, – хмыкнул завхоз. – Чуть сотрясение не получил от ваших необдуманных действий.

Я развела руки в стороны и пожала плечами:

– Не каждый день вижу такое…

Оборотень недовольно скривился.

– Гиена – моя вторая сущность. Вам бы привыкать говорить уважительнее о подобных вещах. Здесь больше половины колледжа перевертыши.

– Как больше половины? – Я ошеломленно придвинула табурет и присела, так и не дождавшись приглашения. – В Магновире оборотней насчитывается всего ничего. Я за свою жизнь лично встречала их не больше сотни. И они никогда не перевоплощались прилюдно. Это, насколько мне известно, табу, нарушаемое лишь в крайних случаях.

– Добро пожаловать в наш колледж, – радостно оскалился эр Бири. – Разве вам не рассказывали, что жизнь на этом острове сильно отличается от той, что ведут люди на материках? Здесь законы намного меньше сковывают движения.

– Я что-то такое слышала, но не привыкла доверять слухам.

– Вот и зря. – Губы оборотня выгнулись дугой, он презрительно фыркнул. – Слухи – предвестники скрытой за семью печатями правды.