Он был едва различим на фоне синего марева и уходил куда-то под потолок, где пропадал, растворившись в камнях. Что это? Какая-то магическая подпитка, связь с хозяином или средство управления?

Видимо, опьянение мощью зерна не прошло бесследно, раз посреди схватки меня вдруг обуяло любопытство. Расплата за него не заставила себя долго ждать. Отвлёкшись на неуместные в бою размышления, я чуть было не пропустил молниеносный выпад «хвостом».

Спасла обострённая реакция. Я уже не успевал увернуться, но сумел сбить рывок голема встречным ударом — кулак смялся об обжигающий лёд, подарив целую гамму незабываемых ощущений."

"Бурлящая во мне магия позволила выйти далеко за рамки человеческих возможностей, отбросив Кербера на несколько метров назад, но плата была слишком высока. Кисть превратилась в мешок, наполненный осколками костей и всеми оттенками боли.

Нужно разорвать дистанцию, иначе мне конец. Драться с такой травмой невозможно.

Я отпрыгнул назад и замер рядом с камерой Хольда, прижав повреждённую руку к груди. Кисть налилась свинцовой тяжестью, и уже через доли секунды стало понятно — то, что мне казалось болью раньше, было лишь лёгким и почти приятным покалыванием.

Страдание. Чистое, незамутнённое и практически невыносимое, но длившееся всего мгновение — оно показалось мне длиннее всей прошлой жизни. На глазах выступили слёзы, однако итогом этого аттракциона мучений стало полное исцеление — теперь кисть выглядела точно так же, как до удара.

— Что это было? — спросил я у старика, взмахнув рукой.

— Твой дар... Силы стало так много, что она начинает бить через край, — в голосе Хольда почему-то не было и нотки радости.

Наоборот, теперь он смотрел на меня как на покойника, который по какому-то глупому недоразумению ненадолго выбрался из могилы. Похоже, открывшаяся так вовремя способность к регенерации в перспективе не несла в себе ничего хорошего...

Кербер не дал мне возможности загрузиться лишними мыслями — он в очередной раз прыгнул вперёд, вынудив уйти с линии атаки.

— Уска-паткар-банду!

Минус ещё одна лапа.

Голем упал и прокатился по полу, оставив после себя блестящий ледяной след, однако почти сразу снова бросился в бой.

— От его тела отходит какая-то... верёвка, — выдохнул я, увернувшись от нового броска. — Почти невидимая... Что это?

— Часть контура силы, — совершенно безжизненным тоном произнёс старик. Похоже, моё внезапное исцеление опечалило его куда сильнее, чем можно было предполагать.

— Что будет, если я его перерублю?

— Голем разрушится...

— И ты не мог сказать мне об этом раньше? — возмутился я.

— Ты не должен видеть структурные элементы ауры... — пробубнил старик. — Хотя всё это уже не имеет никакого значения...

Хольд смотрел в одну точку совершенно пустым взглядом.