А потом, восстановив дыхание, уже гораздо спокойнее сказал что-то непонятное: — Нельзя придать чарам словесно-знаковую структуру, пока магистральные контуры магического ядра не очерчены ограничительными каналами.

— Можно чуть-чуть попроще? — попросил я. — Так, чтобы даже мне было понятно."

"— Нельзя сотворить заклинание, пока дар не запечатан, — он снова опустил ворот, продемонстрировав круглую печать. — В диком состоянии доступны иные силы, но не классические колдовские формулы... Однако ты не только произнёс формулу академических чар, но и сумел добиться результата! Я спрашиваю, как ты это сделал? И кто ты, красная гниль тебя побери?!

Я тяжело вздохнул. Как говорится, эта песня хороша — начинай с начала.

— Я ничего не помню и ничего не знаю ни про магию, ни про заклинания, ни про чары... То, что получилось, было случайностью...

— Не верю, — сурово произнёс чародей. — Теперь я знаю, что ты не Феликс... Ты убийца и лжец... А раз так, то нельзя рисковать...

Камень в руках старика стал чернее ночи, и я вдруг отчётливо понял, что следующего заклинания уже не переживу. Сейчас меня будут убивать, и пусть смерть теперь вовсе не обязательно означает конец, умирать всё-таки не хотелось. Мало ли, вдруг ещё одного шанса не будет.

— Постой, Хольд! Возможно, ты прав! Возможно, я не тот Феликс, которого ты знал, которого любил и о котором так сильно заботился, но не смог уберечь... Однако ты сам признал, что я не демон, не тварь и не паразит, так? А значит, никакой угрозы не несу, правильно?

Я старался говорить как можно более убедительно. Так, как учили — воздействуя разом и на центральный путь убеждения, и на периферийный. На логику, указывая на бесспорные для старика факты, и на эмоции — через воспоминания и чувство вины.

Хольд немного опустил руку со своим «оружием» — похоже, слова подействовали. Что же, против психологии не попрёшь, даже если ты колдун и властитель камня.

— Я не несу угрозы, — повторил я, чтобы закрепить эту мысль в мозгу собеседника, а затем вбросил новый тезис: — И, более того, ты сам видел, на что я способен... Не знаю, откуда это во мне, но я могу помочь тебе защитить Эльзу и Тори!

Наверняка сейчас именно судьба девчонок волновала старика больше всего, поэтому стоило надавить на эту точку. Кроме того, я и правда готов был их защищать — почему-то обе малявки запали мне в душу с первого взгляда. То ли это пресловутый голос крови, ведь во моих жилах, как ни крути, течёт кровь их брата, то ли всё дело в Настеньке, которую я потерял в прошлой жизни... Впрочем, какая разница? Главное, что я говорил искренне, и старик должен был это почувствовать.

— Да, защита может понадобиться... — задумчиво сказал Хольд, окончательно опустив руку. Камень утратил былую черноту и стал прозрачным.