И он становился в два раза интереснее, если вспомнить те обрывки слов, которые произнесла Лэйла, близко познакомившись с чёрным кинжалом. А тот ведь тоже принадлежал отшельнику...

— И зачем нужен этот визир? — спросил я.

— Они мне не докладывали, а сам я с расспросами не лез.

Ну, не удивительно. Если то, что Хольд рассказывал об инквизиции хотя бы на треть правда, добровольно общаться с такими милыми ребятами стал бы только законченный идиот. А Фольки хоть и не отличался большим умом, но и полным кретином тоже не был.

Что же, раз он ничего не знает о назначении прибора, то попробуем выяснить это самостоятельно.

Стрелка, очевидно, указывала направление... Но куда? И почему она смотрела именно на меня? Я сделал пару шагов в сторону, «ртутная» стрелка на мгновение растеклась в блестящую кляксу, а затем вновь приобрела форму. И её остриё, разумеется, опять замерло напротив меня...

Я повторил опыт ещё несколько раз, но всё происходило по одному сценарию: «клякса», которая через миг превращалась в стрелку, указывающую в мою сторону. Думаю, не сильно ошибусь, если предположу, что этот «компас» нужен для поиска диких магов.

Узнать предельное расстояние, на котором он действует, не удалось — я отошёл на пару сотен метров, однако, по словам Фольки, визир по-прежнему работал исправно. Можно было увеличить дистанцию, но это потребовало бы слишком много времени, а сейчас и без того забот через край.

Тем более, проведённых экспериментов вполне хватило, чтобы прийти к неутешительным выводам: инквизиторы узнают обо мне гораздо раньше, чем я смогу их увидеть. Решение у этой проблемы ровно одно — нужно держаться от них самих и от мест их обитания как можно дальше.

— Иди в дом, — я обратился к северянину. — Возьми оба арбалета, болты к ним, и спрячь всё в телеге. Но так, чтобы их можно было быстро достать, понял?

-Да, — кисло ответил Фольки. — Я понял, что ты хочешь, чтобы палач всё-таки выдрал наши языки, поломал пальцы и выколол глаза, когда люди графа найдут самострелы...

— Ну, тебе это всё не сильно повредит. А потеря языка и вовсе сделает только лучше... И ещё, в пристройке лежат копьё и щит — их тоже грузи в телегу.

Губы Фольки скривились в ехидной ухмылке.

— Копьё и щит? — спросил он. — Так вот, что это такое! А я-то голову себе ломал — думал, как у мага-отшельника в сарае оказалась недоделанная морда для ловли рыбы и палка, похожая на те, которыми нищие слепцы себе дорогу проверяют...

— Ты бы поменьше думал и побольше делал, — усмехнулся я. — А палка тебе пригодится, когда без глаз останешься... Если ты до этого момента доживёшь, конечно.

Северянин поморщился, махнул рукой и пошёл в дом — похоже, моя последняя фраза слегка подпортила ему настроение.