Мы вообще не говорим. Просто сидим, молчим и смотрим на огни нашего родного города. Каждый думает о своем. Я — о своей глупости, он — не знаю о чем…наверно тоже о ней?

— Ты, наверно, считаешь меня конченной дурой, да?

Олег резко переводит на меня взгляд, но потом мягко мотает головой.

— Нет.

— Врешь?

— Нет, — на этот раз усмехается и делает небольшой глоток вина, — Правду хочешь?

— Да, но мне страшно.

— Страшно?

— Услышать что-то, от чего будет снова больно.

— Не бойся, не будет. Я думал так когда-то, но быстро понял, что ты не дура.

— Просто я не разбираюсь в людях.

— Просто ты слишком спешишь. Скажи мне честно, тогда, в самом начале, я же просто тебе понравился. А ты восприняла это, как любовь и…

— Я влюбилась в тебя с первого взгляда, — улыбаюсь, смахивая слезинку и изучая свои коленки.

Снова не могу поднять на него глаза. Зачем вообще говорю все это? Кому какое дело? Но я продолжаю…

— Я так мечтала узнать, что такое любовь…

— Вот именно. Просто попался я.

— Нет…Вокруг меня всегда было много мужчин, но когда я увидела тебя — сразу поняла. Это он.

Наконец смотрю на него и еще тише прошу его:

— Пожалуйста, прости, что я тогда в тебя врезалась. Может быть и не было бы всего этого? Представь. Задержись я всего на мгновение где-то, ты бы ушел.

— Ты бы увидела меня потом. Это пустые мысли, Алиса. Думать о том, что «было бы, если бы». Я много думал и ни к чему не пришел. Возможно, все случилось так, как должно было случится?

— Можно спросить?

— Да.

— Ты меня ненавидишь?

Олег молчит долго, пока я замираю в ожидании. Покручивает бокал за ножку, потом осушает его одним глотком и смотрит мне в глаза.

— Когда-то думал, что да.

— Правда?

— Мне нужно было переложить на кого-то вину за то, что произошло. Моя жизнь рухнула. Это в человеческой природе пытаться найти виноватого.

— Потому что это действительно моя вина.

— Нет, Алис. Ты — последний человек, который вообще в чем-то здесь виноват.

— Ты тоже.

— Разве? Я допустил много ошибок и до сих пор их допускаю. Прости, что наорал на тебя. Я вышел из себя.

— Прости, что наговорила твоей…

— Я на тебя разозлился не из-за Алены.

— А из-за чего тогда?

— Из-за журналистки, Алис. Мне звонила одна особа из газеты.

— Зачем?

— Хотела денег за готовую статью на тему нашего с тобой брака. Точнее на тему его фиктивности.

— Но…

— Забудь, я все уладил.

— Нет, постой, — хмурюсь, — Я ни с кем не говорила.

— Алис…

— Нет, я серьезно. Я не говорила ни с какой журналисткой. Что за статья?

— Интервью.

— Этого я тем более не делала!

Олег молчит, смотрит мне в глаза долго, как будто хочет понять, вру или нет? А я просто отвечаю. Нет смысла мне оправдываться, если он не поверит, значит не поверит. Но Олег кивает.

— Значит это кто-то еще.