Я взяла всего пять тысяч, потом пошла к ней сказать, что у меня нет сдачи, и…

– Да-да, я уже это слышал, – устало вздохнул пожилой следователь и, откинувшись на спинку стула, скрестил на груди руки. – Насколько мне известно вы сейчас находитесь в затруднительном финансовом положении, верно?

– Почему вы так решили? – возмутилась Лера. – Я работаю, у меня есть деньги на продукты, на оплату квартиры и на содержание ребенка. Я…

– Вы сказали, что одна воспитываете ребенка, так? Значит, лишние деньги вам бы точно не помешали, – подозрительно посмотрел на нее мужчина.

– Не помешали бы! – отрезала Лера. – Но я никогда в жизни не возьму чужого! Я взяла только одну купюру! Одну! И Света сама меня об этом попросила! – пыталась донести Лера. – Почему ей вы верите, а мне – нет?

– Еще раз повторяю! – прогремел следователь. – После вашего визита в квартире Жуковых пропали деньги. На вас написано заявление, везде ваши отпечатки пальцев, а вы мне сидите тут и доказываете, что вас подставили?!

Ослабив галстук, мужчина передернул плечами и отпил из стакана воды.

– Я настоятельно советую вам пойти следующим путем: вернуть деньги, если, конечно, еще не успели их потратить, и попросить Жуковых забрать заявление. Подумайте о ребенке, – чуть тише заговорил он. – О нем есть кому позаботиться? Нет. А следовательно, куда его отправят? – наклонился он к Лере. – Думаю, вы все прекрасно понимаете. Так что возьмите себя в руки и еще раз все хорошенько обдумайте.

– Да не брала я эти деньги, как вы этого не понимаете?! – горько расплакалась Лера, и в этот момент в кабинет следователя вошел отец Светы.

Грузный мужчина с выкатившимся животом, на котором расходились пуговицы рубашки, поздоровался со следователем, и по их крепкому рукопожатию Лера сразу поняла: они хорошо знакомы. Затем Жуков, сведя седые брови к переносице, обвел Леру презренным взглядом.

– Ну что, Павел Сергеевич, не сознается? – грубо спросил он.

– Я ничего у вас не брала, – глядя на него снизу вверх, всхлипнула Лера.

Затем на одном дыхании снова повторила все как было и расплакалась еще больше.

– У меня маленькая дочка, понимаете? Если меня посадят, то ее отправят в детский дом!

– Верни деньги! – прокричал мужчина. – Тогда, так и быть, заберу заявление. Но так и знай, – погрозил он пальцем, – я сделаю это только потому что у тебя маленький ребенок, и ты, как-никак, одноклассница моей дочери! А если и дальше продолжишь красть чужое имущество, то никто тебя жалеть не будет! Загремишь в тюрьму на раз-два!

– Как я могу вернуть деньги, которые украла ваша дочь? – потрясла руками Лера. – Она сказала, что хочет поехать в Москву к своему парню, и…

– Поосторожней с выражениями! – сердитым тоном перебил Жуков и перевел взгляд на следователя.