Вот и сейчас запрыгал вниз с громовым грохотом большой обломок скалы, разбудив эхо в тихих теснинах и заставив усталых лошадей припустить галопом.

Над восточным горизонтом медленно вставало солнце, верхушки гор вспыхивали, как праздничные огни, и наконец все озарилось багряным сиянием. Великолепное зрелище порадовало сердца троих беглецов и вселило в них свежую энергию. Завидев поток, вырывавшийся из ущелья, они сделали привал, напоили лошадей и наскоро позавтракали. Люси с отцом промедлили бы дольше, но Джефферсон Хоуп был неумолим."

"– Они уже пустились в погоню, – сказал он.

 – Нас спасет только скорость. Добраться бы до Карсона, и там мы сможем отдыхать хоть до конца своих дней.

Весь день они пробирались по ущельям и к вечеру высчитали, что от врагов их отделяет больше трех десятков миль. На ночь было решено расположиться под свесом утеса, в месте, защищенном от холодного ветра. Сбившись в кучу, чтобы было теплее, беглецы проспали несколько часов. Однако до рассвета они были уже на ногах и продолжили путешествие. Преследователи ничем не давали о себе знать, и Джефферсон Хоуп начал надеяться, что грозная организация, враждебность которой они на себя навлекли, до них не досягнет.

Как же мало он знал о том, насколько длинна ее железная рука, которая вскоре достанет их и сокрушит.

К середине второго дня бегства скудный запас провизии подошел к концу. Это не особенно обеспокоило охотника, потому что в горах водилась дичь; ему и раньше случалось добывать себе пропитание с помощью винтовки. Выбрав надежное укрытие, он сложил в кучу сухие ветки и развел костер, чтобы согреть своих спутников: на высоте почти пять тысяч футов над уровнем моря холод пробирал до костей.

Хоуп привязал лошадей, простился с Люси, вскинул на плечо винтовку и отправился искать удачи на охоте. Оглянувшись, он увидел, как старик и девушка жмутся к пылающему огню, как стоят неподвижно на заднем плане мул и лошади. Вскоре это зрелище скрылось за скалами.

Переходя из ущелья в ущелье, он прошагал мили две и ничего не добыл, хотя по царапинам на стволах деревьев и другим приметам понял, что в этих местах полно медведей. После двух-трех часов бесплодных блужданий Хоуп готовился сдаться и вернуться к костру, но тут поднял глаза, и сердце его радостно забилось.

На краю уступа, в трех-четырех сотнях футов над его головой, стоял зверь, похожий на овцу, но вооруженный парой гигантских рогов. Снежный баран (так зовется это животное), очевидно, охранял свое стадо, невидимое охотнику, и, к счастью, смотрел не на Хоупа. Юноша лег на землю, опер винтовку о камень и долго целился, прежде чем нажать курок. Зверь подскочил, застыл на краю обрыва и тут же с грохотом повалился в долину.