Юная леди, похоже очень взволнованная, немедленно меня требует. Сейчас она ждет в гостиной. Когда юные леди ни свет ни заря отправляются в путь по столице, чтобы поднять людей с постели, они, надо полагать, желают сообщить нечто очень важное. Не исключено, что случай окажется интересным и вам захочется проследить его с самого начала. Как бы то ни было, я решился вас потревожить, чтобы дать вам такую возможность.

– Дружище, я ни за что не согласился бы ее упустить.

Самым большим для меня удовольствием было наблюдать за расследованиями Холмса, восхищаться его дедукцией, молниеносной, как интуитивные догадки, и все же основанной на строгой логике, с помощью которой он распутывал одно дело за другим.

Я мигом накинул на себя одежду и через две-три минуты был готов спуститься вместе с Холмсом в гостиную. У окна сидела дама в черном, под плотной вуалью. При виде нас она поднялась с места.

– Доброго утра, мадам, – бодрым голосом произнес Холмс. – Меня зовут Шерлок Холмс. А это мой ближайший друг и коллега доктор Ватсон. С ним, как и со мной, вы можете быть вполне откровенны. Ха! Я рад, что миссис Хадсон догадалась развести огонь.

Прошу, подсаживайтесь ближе к камину, и я прикажу подать вам чашку кофе; вижу, вас бьет озноб.

– Я дрожу не от холода, – тихо произнесла женщина, следуя приглашению.

– От чего же?

– От страха, мистер Холмс. От ужаса.

Она подняла вуаль, и мы убедились, что выглядит она поистине плачевно: изможденное серое лицо, испуганный взгляд загнанного зверька. Черты, телосложение – тридцатилетней женщины, но волосы преждевременно поседели, на щеках лежит печать усталости. Шерлок Холмс окинул ее своим обычным беглым, но всепонимающим взглядом.

"

"– Не бойтесь, – ласково произнес он и похлопал гостью по руке. – Я уверен, мы очень скоро уладим ваше дело. Вижу, вы прибыли сегодня утренним поездом.

– Так вы меня знаете?

– Нет, но у вас из левой перчатки торчит обратный билет. Вы, должно быть, выехали очень рано, но до станции вам пришлось преодолеть изрядное расстояние в догкарте, по плохой дороге.

Дама вздрогнула и удивленно уставилась на моего приятеля.

– Сударыня, в этом нет ничего загадочного, – улыбнулся Холмс. – На левом рукаве вашего жакета я вижу не менее шести пятен грязи.

И они очень свежие. Так запачкаться можно только в догкарте, причем если сидишь слева от кучера.

– Каков бы ни был ход ваших рассуждений, вы совершенно правы, – согласилась гостья. – Я выехала из дому, когда еще не было шести, в двадцать минут седьмого добралась до Летерхеда и с первым поездом прибыла на вокзал Ватерлоо. Сэр, я больше не выдержу, я просто сойду с ума. Мне не к кому обратиться… то есть я знаю одного человека, которому небезразлична, но от него, бедняги, толку никакого.