А вы, граждане, сейчас будете участвовать в составлении протокола.

— И я тоже."

"С верхнего этажа спустилась пухленькая женщина лет тридцати пяти, в клетчатом переднике, надетом поверх коротких домашних брючек. Сима не знает, как ее зовут, но иногда встречала на лестнице, и они здоровались.

— Я на третьем этаже живу, и вроде бы не мое дело, но Николай прав, старуха над девчонкой просто издевалась. Ждала, когда у нее терпение закончится, не иначе, а девчонка такая уж безответная попалась, вот она и распоясалась.

— Ах ты…

— Шалава, да, — женщина ухмыльнулась. — Плавали, знаем. Или забыла, что мой Павел тебе приказал три года назад? Тогда ты сразу тише воды ниже травы стала, пока новую жертву себе не нашла. Так что я тоже готова дать показания, пусть эту старую тварь закроют за издевательства над человеком. Виданное ли дело, вытворять такое! Имейте в виду, офицеры, она сейчас примется хвататься за сердце и терять сознание — так вы ей не верьте, это аферистка и актриса та еще, запросто изобразит вам хоть инфаркт, хоть безумную, блин, Офелию, но она вполне в своем уме и здорова, как лошадь.

Упирающуюся Анну Мироновну увели патрульные, а в квартиру Симы гурьбой вошли соседи и полицейский.

Сима вздохнула — похоже, на работу опоздала, но дело того стоило.

— А кот же твой где? — Женщина огляделась по сторонам. — Красавец кот, один раз видела его на лестнице, выбежал из квартиры, когда ты цветы в подъезде поливала, еще тогда подумала, что сколько живу на свете, а такого красивого кота не встречала.

— Сэмми… его звали Сэмми. Он умер. — Сима изо всех сил старается не заплакать. — Этой ночью.

Не заплакать не получилось, и сосед, которого, как оказалось, зовут Николай, погладил Симу по голове, а соседка, горестно охнув, побежала на кухню за водой. Полицейский молча разложил на столе в гостиной бумаги и взглянул на Симу.

Она кивнула — конечно, она может отвечать на вопросы. Она же боец, а не беспомощная жертва.

Теперь, когда не стало Сэмми, она больше не может себе позволить быть слабой.

3

Песок на холмике уже подсох. Сима села рядом и замерла. За кустами блестела река, были слышны голоса отдыхающих — конечно, вечер пятницы, люди устремились на реку, и Сима была рада тому, что похоронила Сэмми именно здесь, вдали от троп и дорожек, между двумя огромными тополями. Теперь они могут побыть вместе.

— Снова приходила старуха. — Сима гладит песчаный холмик, усыпанный лепестками роз. — Но на этот раз я не спасовала, полиция говорит, что завели на нее дело за хулиганство. Но это не важно. Я твои мисочки вымыла и поставила в шкаф, а лоток выбросила, зачем он тебе теперь? Я знаю, что ты не ушел… Но лучше бы ты выздоровел и оставался со мной, Сэмми, потому что без тебя мне никак.

Сима заплакала тяжело и горько.