Первый, нашедший ее алкоголик, открыв и понюхав, понял, что это водка, сделал глоток. И сразу умер.

Следующий, шедший, увидев и труп и недопитую бутылку, сделал вывод, что умер первый, уж никак, не от нее. Сомнения были, но тоже выпил. И тоже умер.

Но, был и третий. Самый осторожный.

Он долго смотрел на покойников, пристально изучал бутылку и приговаривал: «Но ведь водка же…, ведь водка же…». А затем с громким криком: «Люди, помогите!», все же, — выпил из нее…

В этом смысле у нас страна великих экспериментаторов. До сих пор продолжаем пробовать «на вкус». Как наши древние предки. Действительно, а как еще узнать-то: от этой красной жидкости умрешь или только покалечишься? Трубы-то горят…

Мне много раз приходилось от людей пьющих слышать рассказы, что раньше он не мог даже представить, что когда-нибудь ему будет все равно, что пить. Лишь бы выпить, лишь почувствовать себя пьяным. Как впрочем, никто не представлял себе, даже в самых страшных фантазиях, что когда-то он станет заурядным алкоголиком. О таких вещах люди не мечтают…

А вот еще один момент, про который необходимо поговорить — наследственность или генетика заболевания. Оставить ее в стороне невозможно. Так много сейчас про нее говорят и пишут. Гены алкоголизма почти найдены. Тайна мадридского двора разгадана… Или все же нет?

Начнем с самых азов. Генетические заболевания — это, к сожалению, почти всегда предопределенность. Что-то, что с высокой вероятностью должно произойти. В геном человека мы еще не научились вмешиваться и что-то эффективно там менять. По крайней мере, пока.

Но очень часто мы путаем термины. В данном случае — генетические болезни и наследственную предрасположенность.

Все дело в том, что если совокупность генов дает нам болезнь, то каких-либо внешних вредностей чаще всего для ее развития не нужно. Все записано в генах. Чему быть, а чему нет.

Совсем другое дело, наследственная предрасположенность, то есть, некий риск развития той или иной патологии, но при обязательном условии присутствия иных внутренних или внешних причин, запускающих заболевание.

В случае алкогольной зависимости — кроме предрасположенности, то есть наличия набора генов, обеспечивающих более быстрое и злокачественное развитие зависимости, нужно, как минимум, еще кое-что. И это кое-что — сам алкоголь, точнее его регулярный прием. Гены не заставляют пить человека. Человек пьет сам. Он сам себе придумывает вразумительные или невразумительные причины для его употребления. Несмотря на знакомство со своей «алкогольной» наследственностью.

Конечно, было бы проще видеть в алкоголизме генетический сбой. У человека некий набор генов, и он, до какого-то времени, просто не знает, что такое алкоголь. Но его уже к чему-то неодолимо тянет.