Мы ещё долго беседовали с дядей и бабушкой, которые рассказали мне много чего интересного об одарённых, обо мне и в целом этом мире. Этот день перевернул всё в моей маленькой жизни, которая с того момента сильно изменилась раз и навсегда.

* * *— Ты уверен, что те дети тебе поверили? — уточнила пожилая женщина, бросив внимательный и цепкий взгляд на Святогора.

— Уверен.

— Если нам не удастся скрыть возможности ребёнка, его могут просто забрать. — вздохнула Мария и взволнованно оглядела фотографию маленького Лёши на стене.

Это было правдой. В империи очень внимательно следили за учётом всех одарённых и все без исключения из них были военнообязанными. И если рождение одаренного в аристократической семье было хоть и радостью, но всё-таки обыденностью, то обычной семье такое чудо сулило много проблем.

Дело в том, что не один великий дом не откажется от верного воина, преданного своему роду. Поэтому одарённых малышей в лучшем случае выкупали у семьи, без права участия в их жизни настоящих родителей. В худшем, их воровали, не боясь при этом замарать руки в крови их родных, тем самым убирая лишних свидетелей и недовольных. В больших городах были и более гуманные варианты, где дети оказывались в специальных школах для одарённых. И если заоблачная стоимость обучения была ещё решаемой проблемой, то фактическое отлучение от семьи и воспитание людьми рода, что правит на этих землях, было сродни узаконенному воровству одарённых, о котором говорилось выше.

Эта информация не была секретной и любящим родителям, не желающим отдавать свою кровиночку в хищные лапы благородных, приходилось всеми правдами и неправдами скрывать открывшиеся возможности своего чада хотя бы до совершеннолетия. Последнее нередко вело к тому, что дар практически не развивался, но зато ребёнок рос в своей семье и имел возможность на мирную профессию, вместо того, чтобы стать головорезом какого-нибудь аристократического рода.

— В самом крайнем случае, я помогу вам укрыться и уйти из деревни. Никому мы его не отдадим. Не переживай. — попытался успокоить собеседницу мужчина.

— Спасибо тебе, Святогор. Чтобы мы без тебя делали. — вздохнула Мария и тепло улыбнулась.

— Перестань тёть Маша. Это я тебя должен благодарить до конца жизни.

* * *Тренировки. Без них не проходило и единого дня с той поры. Дядя, кстати, не забыл припомнить нам с товарищем ту пакость, что мы учинили с его машиной, в назидание устроив настоящий марш-бросок вокруг нашей деревни. Снимать топливный бак и чинить машину мы тоже ему помогали.

Больше всего я поражался реакции родителей Максима. Те, услышав о том, что мы натворили, совершенно спокойно отнеслись к бесчеловечным методам наказания нашего учителя. По крайней мере, мы их именно такими и считали.