Во-вторых, что о нём известно?

Андрей Евгеньевич Белорецкий был четырнадцати лет отроду, но уже сейчас, как когда-то ранее старшего сына, отец привлекал его к делам рода. При чужих, молодой аристократ бы никогда не посмел встревать в разговор со своими вопросами, но дядя входил в тот узкий круг людей, которых можно было с уверенностью назвать «своими».

Недолго поразмышляв над прозвучавшим вопросом под пристальными взглядами присутствующих, Андрей озвучил свои мысли:

— Известно, что он простолюдин, одарённый, не ведает о субординации, достаточно непредсказуемый и часто попадает в передряги. В противовес сказанному: друг Алины, спас нашу Алису, и на удивление не просит и не требует чего-то взамен.

Последнее удивляло в этой комнате только Андрея. С самого детства он привык, что всем вокруг что-то было нужно от его семьи. Наблюдал за толпами просителей, которые выстраивались в приёмной возле кабинета отца, до внедрения электронной очереди. И свыкся с мыслью, что большинству обычных людей не только всегда всего мало, сколько бы его род не делал для своего города и населения, но они ещё и обхаят за глаза своего правителя, не скупясь на выражения. А уж если простолюдин что-то для тебя сделал, то не стоит надеяться на отсутствие корысти. Кроткие взгляды полные надежды на вознаграждение или хуже того, дальнейшее лизоблюдство, были уже знакомы молодому аристократу.

— Всё верно, но достаточно поверхностно. Ты упустил несколько важных деталей. — на этих словах князь оглядел сына, но отметив, что ничего дельного тот добавить уже не может, решил ответить на свой вопрос сам. — Да будет тебе известно, что мальчик семи лет абсолютно незамеченным пробрался на охраняемую территорию нашего клана. Далее, к нам на задний двор. И после всего этого, также просто смог вернуться домой. Одного этого уже хватает для того, чтобы мы заинтересовались им всерьёз. Но и это не всё. — вновь наградив сына многозначительным взглядом и выдержав небольшую паузу, он добавил. — Впрочем, об остальном предлагаю тебе подумать и догадаться уже на досуге.

— Хорошо, отец. — послушно кивнул в ответ Андрей.

* * *— Но почему?!

Алина сидела напротив с сердито надутыми щёчками и отчаянно недоумевала с моего ответа.

— Я тебе уже объяснял. — устало ответил я. — Не могу я здесь всё бросить."

"На самом деле все было проще и сложнее одновременно. Лично я сам, относился к предложению Белорецких достаточно нейтрально, но всё же склонялся его принять. Друзей, кроме Максима и Алины у меня здесь не было, а в городе оно и поинтереснее будет.

А вот бабушка и дядя мои мысли не разделяли. Они оба, уже побитые этой жизнью, напрочь отказывались верить в светлые намерения Белорецких.