— Мы бы хотели, чтобы история о произошедшем не вышла за стены этого дома.

— Какое мне дело до ваших желаний? — поморщился я, недовольно оглядывая сидящего напротив человека.

Глаза Вячеслава забегали, в процессе чего он невольно покосился на дядю Святогора, буравившего его холодным взглядом.

— Я позволил себе предположить, что мы могли бы компенсировать принесённый дискомфорт, в обмен на такое одолжение с вашей стороны. — собравшись с мыслями выдал он с оглядкой на мою реакцию.

Опыт прошлой жизни мне подсказывал, что слишком быстрое или лёгкое прощение может приводить к не самым приятным последствиям.

Людям очень часто свойственно принимать доброту за слабость, а конкретно данные персонажи, как я совсем недавно убедился, и вовсе уважают только грубую силу. Поэтому проявлять чудеса эмпатии и отыгрывать доброго мальчика было не только бессмысленно, но и вредно — уже завтра, они могут задуматься и о мести. Так что сюсюкаться с ними было нельзя.

Когда я сообщил Вячеславу то, что желаю в качестве откупных получить их автомобиль, ожидаемо, его глаза полезли на лоб. И дело не в том, что их внедорожник был далеко не из дешёвых.

Такую потерю будет невозможно укрыть от своих же коллег, а значит и самого графа Вяземского.

— Поймите меня верно, ваше предложение для нас равно самоубийству. — начал старательно мне всё объяснять собеседник. — Мы идём на эту сделку, чтобы замять конфликт и не дать ему огласки. Передача автомобиля приведёт к прямо противоположному эффекту. — лицо говорившего приняло просительный вид.

— Вы идёте на эту сделку, Вячеслав, чтобы выйти из моего дома живыми. — мрачно оглядел я сидящего напротив человека.

 — Но я готов сделать шаг вам на встречу, если ваше предложение по урегулированию этого конфликта не окажется пустой тратой моего времени.

Трудно воспринимать подобные речи от семилетнего ребёнка, но жёсткая энергетика, пронзительный взгляд и уверенность которую я излучал, а также все предшествующие события, не оставляли собеседнику и малейших сомнений. Славика проняло. Слуга Вяземских с трудом сохранял внешнее спокойствие и судорожно соображал как вывернуться из ситуации.

В конечном итоге я дал согласие разрешить конфликт путём передачи в свою пользу серьёзной, по общим меркам, суммы денег.

Деньги, к слову, бойцы в охране зарабатывали неплохие — нам тут в деревне такие зарплаты и не снились. Поэтому зло поглядывая друг на друга и недовольно на меня, они наскребли нужную сумму ковыряясь в своих телефонах и отправились снимать их с банкомата.

Не продешевить в этом вопросе мне помогла Кали, которая подслушивала их диалоги весь вечер, и примерно понимала финансовые возможности каждого.