Сколько ты тут пробудешь?

- Неделю… - еле шептала я, понимая, что капитулировала полностью.

- Как мало.

Мало. Да.

Для чего-то мало. Для чего-то – слишком много.

- Пошли скорее, мне нужна ты.

Пошли…

Недалеко мы ушли. Арс открыл ключом дверь в парадном.

Квартира старая, скорее даже не квартира, студия, больше похоже на лофт, который сдают для съемок. Вычурная мебель, зеркала.

«Боже, тут снимают порно?» – почему-то у меня возникла такая мысль.

«Возможно нет, но сегодня тут будешь заниматься сексом ты!» - прилетела следующая.

А Арс тащил меня дальше. Мы буквально вышли в окно – огромное панорамное окно и оказались… снова на крыше? Почти.

На большом балконе, очень большом. Как это называется? Терраса? Нет, Терраса вроде на земле же…

- Ого…

Моё «ого» относилось уже не к виду, не к размеру этого балкона-не балкона.

Оно относилось к огромной кровати, которая на нём стоит.

Кровать с белыми простынями. Готовая к приёму посетителей.

А дальше…

Дальше, собственно, он.

Секс.

***

- Мила… ты можешь сказать «нет». Я не обижусь.

- Совсем?

- Что?

- Совсем не обидишься?

Арс усмехается. Притягивает меня к себе.

- Мне будет не до обид, у меня яйца лопнут.

- Фу…

- Извините, что выросло, то выросло.

Говорит и еще крепче прижимает.

- Хочу тебя.

И я хочу. Весь ужас в том, что и я хочу так, как не хотела никого и никогда. Муж? Что муж… это было давно и неправда. Я не помню. Наверное так. Может сильнее. Не знаю."

"Или тут всё дело в возрасте? И в том, что я знаю, чего от секса можно ждать? И хочется, чтобы по максимуму.

По самому, самому высшему стандарту.

Что-то мне подсказывает, что так и будет.

Да, именно так.

Когда ты не думаешь о том, как выглядишь, а думаешь о том, что чувствуешь.

Когда раздеваешься, не напоказ, а побыстрее, потому что голод такой – нет сил дышать. Хочется к коже. Дышать его тестостероном. Лизнуть шею, пробуя на вкус это мужество.

Я не помню, как мы оказались на этой гигантской кровати. Я – опрокинута на спину. Арсений нависает надо мной. Я думаю о том, как хорошо, что платье легко снимается, и на мне чулки. И красивое бельё, нижняя часть которого безнадежно испорчена – мокрая абсолютно, спущена по ногам.

- Красивая такая, сладкая.

Да, да, хочу это слышать, хочу быть красивой, сладкой. Выгибаюсь ему навстречу.

Его пальцам. Пожалуйста, пожалуйста, еще… Да, да…

Боже, боже… это какой-то нереальный кайф. Голова в тумане. Калейдоскоп какой-то вокруг. И он в центре.

Большой. Сильный. С такой мощной грудью. Волосатый! Господи, очень много волос, это неожиданно, и дико заводит. И я пальцы туда запускаю, пытаясь добраться до мышц груди. Медведь мой.

Хотя на медведя он не сильно похож. Скорее лев.

Да, лев…

Царь зверей.

Мы целуемся как сумасшедшие. Лижемся, мамочки…

Где-то мысль проскакивает, что нас могут увидеть.

Да и плевать.