Я уеду завтра утром, я тут с детьми, вы видели, я уеду и удалю его номер, и больше не буду с ним общаться, видеться. Я вам обещаю.

- Я его люблю с двенадцати лет. Я на него всегда смотрела с восхищением. Дядя Север. Он мне привозил подарки, кукол красивых из разных стран. Мне уже не нужны были куклы, он стал привозить красивые платья. Я решила, что это потому, что он тоже влюблён и ждёт, когда я вырасту.

Она мнёт салфетку в руках, потом берёт чашку с капучино. Там на пенке сердечко. Она отпивает немного и сердечко исчезает. Разбивается сердечко.

- Я ни на кого больше не смотрела. Мне восемнадцать исполнилось, я ждала, что он приедет поздравить и сразу предложение сделает.

А он не приехал. Я на неделю слегла. Узнала, что он с какой-то женщиной в Италии.

Смотрю в окно. Еще не поздно, но улица пустая, тут вообще как-то мало кто ходит. Дома напротив серые. Я помню, что за этими домами в переулке очень милый чешский ресторан, там вкусный гуляш, который подают в хлебе, просто пальчики оближешь.

Вообще, если говорить честно, то Питер – это еще и про вкусно покушать. Не только величие архитектуры, музеи, парки, Нева. Но и пышечные, пирожковые, раменные, ресторан с лучшими хот-догами, бургерные, пиццерии, причём все они доступнее как-то чем в Москве.

Есть рестораны с претензией, изысканные, неординарные, даже странно, что в Питере нет заведений с Мишленовской звездой…

- Вы такая красивая…

- Что? – растерянно поворачиваю голову.

- Я думала, вы обычная самка, просто… дама легкого поведения, с которой можно время провести, я не могла поверить, что он… Что Арс влюбился.

- Он не…

- Да.

- Мила…

Так странно называть другого человека своим именем! В моём окружении никогда не было ни одной Милы, Миланы, Людмилы…

- Люда, меня называют Людой, папа зовёт Люся… Извините, что я пришла.

Я не знаю зачем. Больно очень.

Вижу, как кривится её лицо, как силится она не заплакать.

Боже, она же девочка совсем! Девочка! Сколько ей? Двадцать два? Три? Арс говорил, я не помню. Я старше почти на целую жизнь.

- Прости меня, я не хотела, - перехожу на ты, накрывая её руку своей. Мне так хочется её обнять, хотя я понимаю, насколько это неправильно, нерационально. Глупо, наверное. Но я почему-то сейчас ощущаю, что у нас с ней общая боль. Общее горе. Хочу объяснить ей, хоть как-то оправдаться.

– Я не знала…Я не знала, что он женат, Я бы никогда…

- Я его очень сильно люблю. Очень.

- Я бы не стала. Меня… мне муж изменил, ушёл к молодой балерине. Я с детьми. Это всё так неожиданно. Жила, жила нормальной жизнью, семья, муж любимый. Я думала, что любимый, я…

Говорю, говорю, говорю… Про Олега, балерину, фарфоровые статуэтки зачем-то, раф.

- Север любит чёрный кофе.

- Он любит раф."

"Мы смотрим друг на друга. Жена и любовница. Вечная борьба. Вечная война.

Я не хочу с ней воевать.

Я не могу.