– Это он-то уравновешенный? – поразилась подруга. – Как у вас тогда неуравновешенные себя ведут?

– Сейчас – нет. Я же сказал, за время учебы у вас Штадена его характер испортился. Все наши это отметили. Наверное, из-за того, что у вас девушки слишком навязчивы. Некоторые даже к нам на занятия прибегали. Его нынешние сокурсники рассказывали, пока он голос не повысит, ничего не хотят понимать.

При таком весомом подтверждении популярности Кэрста у меня что-то внутри неприятно кольнуло.

– Часто к нему кто-нибудь прибегает? – равнодушным голосом поинтересовалась я.

– Эрна, вы не подумайте, он вовсе их не поощряет, – смутился Эрик, явно решив, что сказал лишнее. – У нас дежурные на входе редко посторонних пропускают.

– Меня, собственно, не особенно волнует, поощряет он их или нет. Вы же знаете, как мы поженились.

Грета восприняла течение моих мыслей как своих собственных, энергично постучала ноготками по столу и столь же энергично спросила:

– Эрик, вы же в курсе наших неприятностей с приворотом?

– Конечно, Дитер рассказывал. Попробуй тут что-то утаить – его же постоянно таскают на допросы.

– Вот. Мы как раз вчера размышляли, кто это мог сделать. Одно из предположений – девица, влюбленная в Штадена, – продолжила подруга. – Он сам сказал, что ни с кем не встречается, и мы успокоились. Но если, как вы говорите, к нему девицы толпами ходят, одна из них могла решить, что бегать к свободному курсанту намного интереснее, чем к женатому, понимаете? Эрик, вы же нам расскажете, кого видели?

Но нашего гостя убедить было не так просто. Мужская солидарность в нем была прочна, как стальной прут.

– Боюсь, я ничем не смогу вам помочь, – твердо ответил Крастен. – Тем более что те несколько девушек, которые пытались к нему пройти, на толпу никак не походят.

Не тот это был ответ, который нам от него нужен. Пролить свет на случившееся с браслетом могла только правда, и чтобы ее получить, я готова была использовать все рычаги давления, что у меня были.

– Эрик, а если я соглашусь артефакт сделать? – спросила я. – Так, из дружеских побуждений.

Сразу стало понятно, что путь к нужной информации я выбрала правильный. Глаза курсанта заблестели, сам он задумался. Наверное, не предаст ли он мужскую солидарность, если поможет нам в выяснении личностей возможных преступниц.

– Я из них никого не знаю, – сделал он последнюю попытку сохранить информацию от нас в тайне. – Они могут быть и не из вашей академии.

Грета азартно придвинулась к нему поближе. Все, осталось лишь немного его подтолкнуть, чтобы он нам рассказал нужное.

– Вы внешность опишите, – предложила она. – Вдруг мы кого узнаем."

"Курсант сопротивлялся недолго.