– Иногда она бывает чертовски неприятной, – заметил Карбери.

– Нет-нет, – серьезно возразил Пуаро. – Вы судите с личной точки зрения. Попробуйте рассуждать абстрактно, и абсолютная логика событий покажется вам поистине завораживающей.

– Ладно, попытаюсь, – сказал полковник.

Пуаро взглянул на часы, напоминающие по форме репу:

– Они принадлежали еще моему дедушке!

– Так я и думал.

– Пора приступать к процедуре, – сказал Пуаро. – Вы, mon Colonel[158], сядете за этот стол в официальной позе.

– Надеюсь, вы не потребуете, чтобы я облачился в мундир? – проворчал Карбери.

– Нет. Но позвольте поправить ваш галстук. – Пуаро тут же исполнил свое намерение.

Усмехнувшись, полковник занял указанное место и через минуту снова машинально сдвинул галстук под левое ухо.

– Здесь, – продолжал Пуаро, передвигая стулья, – мы поместим la famille Бойнтон. А сюда посадим троих посторонних, принимавших участие в этой истории, – доктора Жерара, от чьих показаний зависит предъявление обвинения, мисс Сару Кинг, которая питает двойной интерес к делу, личный и медицинский, и мистера Джефферсона Коупа, являющегося близким другом Бойнтонов и также могущего считаться заинтересованным лицом... А вот и они!

Он открыл дверь, впуская группу людей.

Первыми вошли Леннокс Бойнтон и его жена. За ними следовали Реймонд и Кэрол. Джиневра вошла одна, с рассеянной улыбкой на устах. Доктор Жерар и Сара Кинг замыкали шествие. Джефферсон Коуп появился через несколько минут, принеся извинения.

Когда он сел, Пуаро шагнул вперед."

"– Леди и джентльмены, – начал он, – это собрание абсолютно неофициальное. Оно состоялось благодаря моему случайному присутствию в Аммане. Полковник Карбери оказал мне честь, обратившись за советом...

Неожиданно его прервали, причем с той стороны, откуда этого менее всего можно было ожидать.

– Какого дьявола он втянул вас в это дело? – сердито осведомился Леннокс Бойнтон.

Пуаро не без изящества взмахнул рукой.

– Меня часто приглашают в случае внезапной смерти.

– Врачи посылают за вами, когда больной умирает из-за слабого сердца?

– Слабое сердце – весьма растяжимое и ненаучное понятие, – мягко заметил Пуаро.

Полковник Карбери откашлялся и заговорил официальным тоном:

– Лучше сразу внести ясность. Мне доложили об обстоятельствах смерти. Необычайно жаркая погода, утомительное путешествие для пожилой леди с неважным здоровьем – все это не вызывало сомнений. Но доктор Жерар пришел ко мне и сделал заявление...

Он вопросительно посмотрел на Пуаро, и тот кивнул.

– Доктор Жерар – всемирно известный врач, к словам которого было необходимо отнестись внимательно. Вот что он сообщил.