— Добавлю, что, скорее всего, гномья шпионка планировала подставить темных эльфов, свалив на нас убийство его величества, — заключил я.

— Мне не понятно, почему шпионка, когда поняла, что ее раскрыли, не пыталась договориться с нами?

— Интересный вопрос, — задумчиво сказал я. — А ты тело осматривал?"

"— Ага, у нее какие-то подозрительные висюльки на шее. Трогать их не стал: пусть маги снимают, а то мало ли? Схвачусь, а потом без рук ходить буду.

— Тоже верно, но я про другое. У каждого гнома должны быть метки, — я подошел к телу и присел возле него. — У коротышек кастовая система.

Если родился в одной касте, перейти в другую нельзя. Поэтому они всех помечают. Как только ребенок гнома достигает трехлетнего возраста, ему наносят татуировки. Девочкам — за левым ухом, мальчикам — за правым.

Не прекращая говорить, я повернул голову гномки и отодвинул волосы. М-да. Дом Овырар.

— Что там? — Зиарган присел рядом. — Ого! Это что-то значит?

— Да! Каст всего три: аристократы, военные и рабочие. Есть еще бескастовые — это изгнанники и отшельники, совершившие какое-то преступление, за которое не принято казнить, — объяснил я.

 — У аристократов за ухом одна вертикальная черта, у военных — две.

— У рабочих — три? — перебил меня охранник. — А у бескастовых нет совсем? Угадал?

— Угадал, — улыбнувшись, согласился я.

Глаза Зиаргана горели от любопытства. Любой дроу сдерживал бы проявление таких эмоций, но у людей все иначе. И в какие-то моменты это выглядит забавно. Будто маленький ребенок вдруг просыпается во взрослом человеке.

— А как они потом это удаляют, если кто-то совершает преступление?

— Выжигают и отрубают ухо, чтобы добропорядочные гномы видели, кто перед ними.

Кроме этого обривают голову и набивают татуировку на макушке. Бескастовые вне закона: не имеют права работать, их может убить или ограбить любой гном. Они, обычно, просят подаяние.

— Наверное, живут не только этим? — догадался Зиарган. — Воруют, торгуют краденым, занимаются контрабандой, так я понимаю?

— Верно.

— А почему тогда король не уничтожит их? Ведь клеймо на голове и отрезанное ухо так просто не спрячешь. Поймал такого, сразу казнил.

— Кто же тогда будет проворачивать для гномов грязные делишки? — хмыкнул я.

— Погоди, — дошло до охранника, — а как же бескастовые? Их дети тоже не могут перейти в другую касту и считаются преступниками?

— Так и есть.

— Ну и бред! — передернул плечами Зиарган. — А за что могут лишить касты?

— За воровство отрубают руки, за убийство, если нет никаких оправданий, убивают. Лишить касты могут за то, что опозорил Дом и род. Например, связался с бескастовым. Одного гнома, точно знаю, изгнали за то, что он проводил эксперимент и случайно лишил глаза какого-то аристократа, — вспомнил я.