Вырваться из цепкого захвата не было никакой возможности, и в итоге, миновав шикарное фойе, два лестничных пролета и несколько коридоров (за это время мы не встретили ни одной живой души, видимо, уже начались занятия), дама ввела меня в роскошную приемную, оформленную в условно средневековом стиле и приятных глазу темно-вишневых тонах, и властно указала на единственный свободный стульчик.

Сама подошла к огромному столу, погребенному под грудой разнообразных документов, ловко откопала в этом бумажном Эвересте один-единственный нужный лист и сунула мне под нос.

— Подписывайте, милочка!

— Но…

— Подписывайте!

Вздрогнула от ее приказного тона и багровых отблесков во внезапно потемневших глазах и без лишних вопросов подмахнула бумагу местным аналогом ручки, даже не вчитываясь в ее содержание.

— Превосходно!

Стоило мне вернуть ручку, которая под конец больно уколола мой палец, как дама мигом подобрела, а сам документ вспыхнул и исчез, оставляя меня в полной уверенности, что неприятности вышли на новый виток.

— Ну-с, милочка, приступайте. — Женщина милостиво обвела рукой фронт работ, делая акцент на столе, и бодро зацокала каблуками на выход, задержавшись лишь в дверях. — Ох, простите! Чуть не забыла. Меня зовут мистри Еванши, я старший секретарь академии. Подойду ближе к обеду, чтобы ознакомить с остальным. А пока работайте, милочка, работайте. И так уже на два дня задержались, а приемная декана без секретаря — не приемная, а бардак. — Она как-то слишком зловеще улыбнулась и снова сверкнула глазами. — Работайте!

Даже если бы она приказала мне идти и копать отсюда и до обеда, я бы мигом рванула копать! Просто невозможно отказаться, когда так убедительно просят. Из последних слов, дошедших до меня минут через пять после ее ухода, я наконец-то поняла, с кем именно меня спутали. С секретарем!

Ох, божечки-кошечки… Ну хоть не с уборщицей!

Хотя тут как посмотреть.

Судя по тому, как вспыхнула подписанная мной бумажка, я то ли душу местным продала, то ли что похуже, и трудиться мне тут не только до обеда, но и намного дольше. А вот интересно, трудоустройство спасет меня от участи лабораторной мыши?

Все эти мысли нисколько не мешали мне знакомиться с кабинетом и прикидывать, с чего начать. Больше всего хотелось умыться и переодеться, потому что вряд ли загадочного декана порадует растрепанная и чумазая секретарша.

Всего в помещении было три двери, и через одну из них, толстую, широкую, насыщенного вишневого цвета, да еще и с необычным резным узором по периметру, я попала сюда. Вторая, не менее помпезная, наверняка вела в кабинет декана, а вот третья, попроще, заинтересовала меня сильнее. Я не ошиблась в своих предположениях и нашла там небольшую, но такую нужную мне сейчас подсобку.